Флоря Александр Владимирович
Р. Шеридан. Школа Скандала

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Флоря Александр Владимирович (alcestofilint@mail.ru)
  • Обновлено: 03/07/2016. 201k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:

      РИЧАРД ШЕРИДАН
      
      ШКОЛА СКАНДАЛА
      (THE SCHOOL FOR SCANDAL)
      Комедия в пяти действиях
      Переложение и примечания А.В. Флори
      
      Действующие лица:
      
      СЭР ПИТЕР ПИЛИМ
      СЭР ОЛИВЕР ВИД
      ДЖОЗЕФ ВИД
      ЧАРЛЬЗ ВИД
      ОТСОЧЕРТЕЛЛ
      СЭР БЕНДЖАМЕН ПОХАБЕЛЛ
      РОУЛИ
      МОЗЕС
      ТРИП
      АСПИД
      АРИСТИПП
      [Примечание
      Имя этого персонажа в оригинале - Careless, т.е. Беспечность. Я назвал его Аристипп в честь главы школы киренаиков, проповедовавших гедонизм]
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      МАРИЯ
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      СЛУГИ
      ГОСТИ
      
      
      ПРОЛОГ ГАРРИКА
      - Куда вы с вашей "Школою скандала"? -
      Вы скажете. - Ее нам не хватало!
      Пусть мы для благоденствия страны
      По руководству есть и пить должны,
      Но в мире склочном чуть ли не с рожденья
      Скандальны люди и без обученья.
      Коль в организме желчи дефицит,
      Его с избытком пресса возместит.
      Миледи Хина, с уксусною миной
      Воркуя до утра в своей гостиной,
      Вам сокрушит за ломберным столом
      Все кости, как заправский костолом.
      Но устали не знает эта львица.
      Она с утра лишь чаем подкрепится.
      - Газету мне, газету! - И опять
      Скандалы начинает смаковать
      Глоточками. "Читайте, что там в свете?"
      (Глоточек) - "Леди Ди попалась в сети
      Милорда Эн!" - (Еще глоток) "Вот стыд!
      А впрочем, голова пускай болит
      У них. Что дальше?" - "Мистер Х. в постели
      С мисс Б. достиг давно желанной цели.
      Хотя предпринял меры джентльмен,
      Есть, как известно, уши и у стен" -
      (Еще глоток) - "Уж эти мне зоилы!
      Но в этом обличенье столько силы!
      Какая прелесть! А теперь вот там,
      Читайте, где курсив" - "Сейчас, мадам!
      "Лорд с Гроунор-сквер (предчувствуем ваш ропот)
      Приобрести рискует горький опыт
      С миледи Хи (не знаем, кто она),
      Что хина совершенно не вкусна"".
      Тут леди чаем подавилась: "Хина!!!
      Что за намеки?!! Эту писанину
      В камин немедля! Здесь приличный дом!
      Какая мерзость!"
      Так мы и живем.
      Пока не говорят о нас худого,
      Готовы допустить свободу слова.
      Охотно потешаясь над другим,
      Мы над собой насмешки не простим.
      Ужель наш бард - такой юнец невинный,
      Что оградить надеется плотиной
      Свой нежный ум, где помыслы чисты,
      От половодья подлой клеветы?
      Увы, он понимает свет так мало,
      Что борется с чудовищем Скандала,
      Но, сколько гидре глав ни отсеки,
      Неумертвимы злые языки.
      Всё так. Он расписался бы в бессилье,
      Но вы когда-то автора любили,
      И он во имя той любви пойдет
      На бой со злом, как новый Дон-Кихот.
      И, в благосклонность вашу твердо веря,
      Он пригвоздит ехидну лицемерья.
      Он будет к цели рваться напролом
      В руке не со стилетом - со стилом
      И, чтобы вам не очень страшно было,
      Прольет не кровь людскую, а чернила.
      
      АКТ ПЕРВЫЙ
      Сцена первая.
      Дом ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ гримируется.
      МИСТЕР АСПИД вкушает шоколад.
      
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Итак, мистер Аспид, все пикантные детали преданы огласке?
      МИСТЕР АСПИД
      Да, мэм, я сделал это собственноручно. Разумеется, так, чтобы мою собственную руку невозможно было опознать.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      И вы не забыли распространить известие об интрижке между леди Субтиль и капитаном Бахваллом?
      АСПИД
      Мадам! В это самое время полгорода обсуждает поведение леди Субтиль. И нет ни малейших сомнений, что за неделю все мужчины зададут ей жару, будто она какая-нибудь, извиняюсь, демимондентка (Demirep).
      
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      А что вы скажете насчет инсинуации относительно сношений известной супруги некоего баронета с неким поваром?
      АСПИД
      Ваша светлость - это нечто! Вчера я как бы случайно проговорился об этом моей служанке с расчетом, что она всё расскажет моему парикмахеру, с которым она близка в дурном смысле. А у него, насколько мне известно, есть брат, который, извиняюсь, строит куры помощнице модистки с Пэллмэлл, в свою очередь кузен хозяйки модного заведения имеет сестру (имеет не в дурном смысле, хотя...), а эта сестра является, пардон, femme de chambre миссис Клоакер. Ву компрене? Femme de chambre - значит: постельной девушкой. Это не в дурном смысле, а впрочем, кто их знает... И в результате этих сложных перипетий сплетня через двадцать четыре часа проникнет в уши миссис Клоакер, которая довершит остальное.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Да, миссис Клоакер на многое способна. И, главное, - сколько истинного рвения! Отдадим ей должное: методы ее очень эффективны. По моим сведениям, результатами ее деятельности оказались три тюремных заключения, шесть разорванных помолвок, три лишения сыновей наследства, четыре изгнания дочерей из дома. Под ее воздействием три жены сбежали с любовниками, девять пар разошлись, а две развелись.
      АСПИД
      Но это не предел ее изобретательности. В альманахе мистера Снукса она под именем Акюдаг...
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Откуда такое странное имя? Почему задом-наперед?
      АСПИД
      Чтобы скрыть ее истинное лицо.
      [Примечание
      Мой привет "Королевству Кривых зеркал".]
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      А, понятно. И что же?
      АСПИД
      Так вот, в альманахе мистера Снукса "Центр и периферия" она ведет свою рубрику "Полный абзац". Она ухитряется сводить tête-à-tête персон, которые в глаза друг друга не видали, и публикует конфиденциальные беседы, как бы имевшие место. Я сам бывал свидетелем ее изысканий. Очень изысканная особа.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Да, очень изысканная и очень вульгарная.
      АСПИД
      Совершенно справедливое замечание. Все ее прожекты превосходны, язык безудержен, а фантазии запредельны. При этом она постоянно сгущает краски, а ее картины экстравагантны. То ли дело этюды вашей светлости - с их пастельными тонами и утонченной гривуазностью.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Вы мне льстите.
      АСПИД
      Отнюдь. Леди Фанаберри одним полунамеком или полувзглядом выразит больше, чем другие - посредством логореи и пассиолалии.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Пардон?
      АСПИД
      Недержания слов и эмоций. Даже если в них есть элемент правдоподобия.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Да, милейший мистер Аспид. Без ложной скромности скажу вам: я получаю от своей деятельности даже эстетическое наслаждение. В юности я была укушена ядовитым зубом клеветы и с тех пор открыла изощренное удовольствие в такой же игре с чужими репутациями.
      АСПИД
      О, что может быть естественнее этого чувства? Однако, милейшая леди Фанаберри, в одном деле, которое вы мне поручили, я не могу уловить, в чем ваши мотивы.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Вы имеете с виду моего соседа сэра Питера Пилима и его ближних?
      АСПИД
      Совершенно верно. Сэр Питер, его молодая жена, взятая им из деревни, - леди Пилим, его воспитанница Мария и два молодых человека - Джозеф и Чарльз Виды, которым после смерти их отца сэр Питер стал как бы опекуном. Старший брат очень мил и всеми без исключения характеризуется положительно. Зато младший - феномен, которому нет равных: это самый экстравагантный, бесхарактерный и аморальный молодой человек в нашем отечестве. Для него же нет ничего святого! С такой репутацией он не принят в высшем свете. Старший брат, насколько мне известно, пользуется светлостью вашей милости... То есть, наоборот, ваша светлость пользуется его милостью... То есть...
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Не важно.
      АСПИД
      ... а младший питает привязанность к Марии, она отвечает ему взаимностью - это вполне очевидно. При таких обстоятельствах я совершенно не понимаю, почему бы вам, именитой и состоятельной вдове, не отдать свою руку мистеру Джозефу Виду - человеку очень благопристойному и перспективному. И еще большая загадка: почему вы так стремитесь уничтожить симпатию Чарльза и Марии?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Чтобы вы разрешили все эти загадки, сообщаю вам, что в наших с мистером Видом-старшим отношениях элемент любви отсутствует.
      АСПИД
      То есть?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Он питает любовь не ко мне, а к Марии - к ней или к ее приданому. Однако мистер Вид обнаружил счастливого соперника в лице брата и для отвода глаз сделал вид, что тяготеет ко мне. Он рассчитывает на моё покровительство.
      АСПИД
      Тогда тем более непонятно: а в чем ваш профит?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Господи! Вот тоска! Неужели вы сами не в состоянье догадаться, и я вынуждена разжевывать то, в чем женщине так трудно признаться! Или вам необходимо услышать из моих уст, что этот Чарльз - единственная причина моей раздражительности и тревоги! Как вы изволили его назвать? Экстравагантный и аморальный? Да, вот этот самый. И я готова всё отдать, чтобы им обладать.
      АСПИД (оценивая рифму)
      Ах, вот как! Что ж, причина вашей неприязни к Марии мне понятна. Но чем вызван ваш столь тесный союз с Джозефом Видом?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Взаимной выгодой. Я его давно раскусила. Я знаю, что он хитер, эгоистичен и коварен. Это расчетливый фарисей, которого, однако, все, начиная с сэра Питера, считают вундеркиндом Добродетели, Здравомыслия и Доброты.
      АСПИД
      Да, я в курсе. Сэр Питер уверяет, что ему нет равных во всей Англии, а также аттестует его как человека высоких чувств.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      И с помощью этих высоких чувств вкупе с притворством он склонил старика на свою сторону в отношении Марии. А теперь надеюсь, что и леди Пилим придерживается той же линии. Так что у бедного Чарльза в доме нет ни единого друга, зато, опасаюсь, он имеет сильного союзника в сердце Марии. Вот против нее мы и должны вести наступление.
      Входит ЛАКЕЙ.
      ЛАКЕЙ
      Мистер Вид.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Просите.
      ЛАКЕЙ уходит.
      Он всегда заходит примерно в этот час. Удивительно ли, что общественное мнение считает его моим любовником!
      Входит ДЖОЗЕФ ВИД.
      ДЖОЗЕФ
      Как ваше самочувствие, милейшая леди Фанаберри? Мистер Аспид, добрый день.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Мистер Аспид только что иронизировал по поводу наших взаимоотношений, так что пришлось открыть ему ваше истинное лицо, мистер Вид. Не беспокойтесь: он уже многократно доказал, что заслуживает доверия.
      ДЖОЗЕФ
      О, я не сомневаюсь, что добрые помыслы и добрые чувства мистера Аспида...
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Ах, оставьте ваши реверансы! Скажите лучше, когда вы в последний раз видели свою возлюбленную или, что для меня важнее, вашего брата?
      ДЖОЗЕФ
      После нашего последнего рандеву я их не видел, но могу сказать определенно, что они больше не встречаются. Некоторые из подсказанных вами сюжетов произвели на Марию большой эффект.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      О! Мистер Аспид, это скорее ваша заслуга. И что же ваш брат? Его акции падают?
      ДЖОЗЕФ
      Не по дням, а по часам. Вчера, я слышал - совершенно случайно, - что на его имущество снова наложен арест. А что удивительного! В расточительности и легкомыслии ему нет равных в нашем отечестве.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Бедный Чарльз!
      ДЖОЗЕФ
      Воистину так, мадам. Бедный во всех смыслах. Но, каковы бы ни были его пороки, долг велит сожалеть о нем, ибо человек, который отказывает своему убогому брату в жалости, заслуживает...
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Не собираетесь ли вы прочесть проповедь, Джозеф? Оставьте это, вы среди своих.
      ДЖОЗЕФ
      Да, вы правы. (Записывает) Я приберегу эту сентенцию для провинциалов, хотя бы для сэра Питера. Но мы могли бы совершить воистину благое дело, спасти Марию от козней безумца, гуляки праздного (записывает), которого если что-то и может спасти, то благотворное влияние столь многоопытной и зрелой леди.
      АСПИД
      Я, пожалуй, пойду. Мне еще нужно закончить известное вам письмецо.
      МИСТЕР АСПИД уходит.
      ДЖОЗЕФ
      Миледи, позвольте поделиться своими опасениями. Не слишком ли вы доверяетесь нашему брату мистеру Аспиду? Я застал его за разговором со старым дураком Роули, дворецким моего покойного отца. Этот Роули никогда не был моим доброжелателем. Возможно, я разочаровал вас.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Отнюдь. Я не была очарована мистером Аспидом. Я всегда подозревала, что он способен хранить верность - даже собственной неверности.
      Входит МАРИЯ.
      Мария! В чем дело, милочка? (Очаровательно улыбается)
      МАРИЯ
      Ах! К моему опекуну пришел самый неприятный из моих поклонников - сэр Бенджамен Похабелл, и, что самое ужасное, с ним его дядюшка мистер Осточертелл, и я сбежала, только чтобы не видеть их физиономии.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      И только?
      ДЖОЗЕФ
      Но если бы в этой компании был мой братец Чарльз, вы не осчастливили бы нас своим визитом?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Не будьте так привередливы. Просто Мария узнала, что вы здесь. Мария, душенька, что вам такого сделал сэр Бенджамен, что вы ретируетесь при его появлении?
      МАРИЯ
      О, ему не нужно ничего делать. Одни его слова - уже оскорбление для всех его ближних.
      ДЖОЗЕФ
      Да уж, для знакомства он человек никчемный. Ущерба много, но, что совсем ужасно, пользы никакой. А от его дядюшки всех уже просто тошнит.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Да, но будем справедливы. Нельзя же отрицать, что сэр Бенджамен - блестящий юморист, да еще и поэт.
      МАРИЯ
      В моих глазах, мадам, самый блестящий юмор тускнеет, когда он неотделим от ненависти к людям. Как вы полагаете, мистер Вид?
      ДЖОЗЕФ
      Разумеется, сударыня: ибо человек, который улыбается шутке, вонзающей терние в грудь ближнего, является подстрекателем к злодейству.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Уж будто! На то и острота, чтобы вонзаться. И, если угодно, юмор теряет очарование без некоторой дозы пряностей. Как вы полагаете, мистер Вид?
      ДЖОЗЕФ
      Разумеется, сударыня, ибо общение, из которого изгнан дух пряности, делается пресным и унылым, а уныние...
      МАРИЯ
      Хорошо, я не буду спорить, в какой дозе допустимо злословие. Но я думаю, что для мужчины стыдно быть сплетником. Некоторые господа считают, что гордыня, зависть, дух конкуренции - очень мужественные черты, позволяющие презирать других, но для сплетен нужна только женская слабость.
      
      Входит ЛАКЕЙ.
      ЛАКЕЙ
      Сударыня, внизу миссис Крокодайл в своем ландо. Спрашивает, есть ли у вас время, чтобы принять ее.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Просите.
      ЛАКЕЙ уходит.
      Вот, Мария, подходящая для вас компаньонка. Миссис Крокодайл, конечно, разговорчива немного больше, чем надо, но в остальном - добрейшая особа, приятнейшая во всех отношениях.
      МАРИЯ
      Да, но своей демонстративной любовью к ближним и назойливым покровительством она приносит больше вреда, чем старый мистер Осточертелл своей откровенной злобностью.
      ДЖОЗЕФ
      Воистину так! Леди Фанаберри, знаете, когда в светской беседе чьей-то репутации грозит урон, я молю всевышнего, чтобы ее не взялась защищать миссис Крокодайл.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Тише, тише, господа! Сюда приближается миссис Крокодайл.
      Входит МИССИС КРОКОДАЙЛ.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Леди Фанаберри, душенька, не видела вас сто лет! Мистер Вид, что новенького? Хотя это не имеет особого значения. От вас не услышишь ничего, кроме сплетен.
      ДЖОЗЕФ
      Увы, сударыня.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      А, Мария, детка! У вас с Чарльзом всё покончено? Еще бы - с его экстравагантными фортелями. Высшее общество только об этом и судачит.
      МАРИЯ
      Мне жаль, что высшее общество не нашло более достойного занятия.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Так-то оно так, деточка, но на каждый роток не накинешь платок. А еще я почерпнула из того же источника - говорю вам это, обливаясь слезами, - что ваш опекун сэр Питер и леди Пилим в последнее время не так дружны, как хотелось бы.
      МАРИЯ
      Достойно удивления, с какой беспардонностью люди лезут в чужую жизнь!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Достойно сожаления, дитятко, но людям рта не зашьешь. Да, еще вчера мне сообщили, что мадемуазель Невтерпёж сбежала с сэром Филигрином Флиртом. Но, господа, следует ли придавать слишком много значения слухам! Впрочем, эти слухи исходят из авторитетного источника.
      МАРИЯ
      Я бы сказала: мутного источника.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Совершенно верно, девочка моя! Фи! Просто фи! Но свет страстно желает сплетен, и никто не избежит осуждения. Взять, к примеру, вашу знакомую - эту тихоню мисс Сноб. Разве кто-нибудь мог бы заподозрить ее в чем-то предосудительном? А между тем злые языки болтают, что на прошлой неделе ее дядя буквально выволок ее из Йоркского дилижанса, в который она садилась вместе со своим учителем танцев. Вот они, танцы-то!
      МАРИЯ
      Уверена, что этот слух совершенно беспочвен.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      О да, совершенно беспочвен. Точно так же беспочвен, как скандал, связанный с амурами леди Гламур и генерала Горилло. Эту историю свет обсуждал весь прошлый месяц, но всех подробностей выяснить не удалось.
      ДЖОЗЕФ
      Сочинители инсинуаций чудовищно распустились.
      МАРИЯ
      Я думаю, что разносчики инсинуаций виноваты не меньше.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Ничуть не меньше! Но что поделаешь, как я уже сказала, нельзя же им укоротить языки! Вот, например, сегодня миссис Клоакер поведала мне, что мистер и миссис Платоникс только называются супругами - как, впрочем, все их знакомые. Она также намекнула, что некая вдова, проживающая на соседней улице, каким-то счастливым образом избавилась от своей ложной беременности и вернула прежнюю талию. А мисс Дрязги клялась, что была свидетельницей тому, как лорд Бизон застал свою вторую половину в некоем веселом заведении, причем кавалеры Генри Хулигэн и Том Дебош дрались на дуэли по тому же поводу. Но неужели вы думаете, что я буду распространять все эти пошлые инсинуации! Как я уже сказала, это не лучше, чем их сочинять.
      ДЖОЗЕФ
      О, миссис Крокодайл, если бы все обладали вашей добротой и толерантностью!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Признаться, мистер Вид, я не выношу, когда людей обсуждают за глаза. И если вскрываются какие-то неприглядные факты из жизни моих знакомых, я все-таки надеюсь на лучшее. Кстати, эти россказни, будто дела вашего брата в окончательном упадке, - надеюсь, это гнусная клевета?
      ДЖОЗЕФ
      Боюсь, мадам, что дела его действительно плохи.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да, да, я в курсе. Но передайте ему, чтобы он не терял оптимизма. Не он первый, не он последний. Мне известно из авторитетных источников, что в таком положении все, решительно все - и лорд Сплин, и сэр Томас Мак-Лак, и капитан Фэнтом, и мистер Фейсом-оф-Тэйбл. Их всех ждет долговая яма не позже, чем на этой неделе. А если все в упадке, то Чарльзу нет нужды предаваться упадническим настроениям.
      ДЖОЗЕФ
      Совершенно никакой нужды, мадам.
      Входит ЛАКЕЙ.
      ЛАКЕЙ
      Мистер Осточертелл и сэр Бенджамен Похабелл.
      ЛАКЕЙ уходит.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Вот так, Мария, вам не суждено избавиться от преследований своего поклонника.
      Входят
      МИСТЕР ОСТОЧЕРТЕЛЛ и БЕНДЖАМЕН ПОХАБЕЛЛ.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Припадаю к вашей руке, леди Фанаберри. О, миссис Крокодайл, позвольте представить вам моего племянника. Сэр Бенджамен Похабелл - очаровательный молодой человек, остропонятный, да еще и прелестный поэт. Ведь так, леди Фанаберри?
      ПОХАБЕЛЛ
      Полно вам, дядюшка!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Нет, право! Что касается ребусов, шарад и буриме, он не уступит самым признанным стихотворцам в нашем отечестве. Ваша светлость, вы слыхали ту изящную эпиграмму о том, как на шляпе леди Шиньон загорелся плюмаж? Прочти ее, Бенни. Или, нет, лучше тот милый экспромт, который ты сочинил на рауте у лорда Амондевилла. Мой первый слог - известная всем леди, мой слог второй - известный адмирал... Как там дальше?
      ПОХАБЕЛЛ
      Дядюшка, это лишнее...
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Нет, серьезно, мадам, просто удивительно, как ему удаются все эти штучки.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Удивительно другое: что при всех ваших дарованиях, сэр Бенджамен, вы не публикуетесь.
      ПОХАБЕЛЛ
      Правду сказать, сударыня, я нахожу, что публиковаться - это плебейство. Мои багатели - так я называю свои миниатюры - в основном сатиры, памфлеты, а также эпитафии...
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      На ваших покойных друзей?
      ПОХАБЕЛЛ
      Нет, на живых - в этом весь смак. Обыкновенно я распространяю их списки среди друзей затронутых лиц. Но у меня есть несколько амурных элегий, которые я сделаю достоянием широкой общественности, если эта юная леди благословит меня своей улыбкой. (Указывает пальцем на Марию.)
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Клянусь небом, Мэри, он запечатлеет вас не хуже, чем Шекспир - свою смуглую леди: "Ее глаза на звезды не похожи. Уста нельзя кораллами назвать..."
      ПОХАБЕЛЛ
      Нет, Мэри, в самом деле. Вы будете в восторге, когда мои шедевры выйдут изящным томиком ин-кварто, где нежные строки будут змеиться весьма прозрачным ручейком по лужайке бумажного листа. О, эти элегии будут преэлегантны!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Между прочим, миледи, вы слышали новость?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Вы, конечно, подразумеваете...
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      А вот и не угадали! Мисс Прелести выходит замуж за своего камердинера.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Невероятно!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Спросите сэра Бенджамена.
      ПОХАБЕЛЛ
      Так и есть. Уже и срок назначен, и шьются свадебные ливреи.
      Все, кроме МАРИИ, смеются.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      И, говорят, есть важные причины не тянуть с этой свадьбой.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Этого не может быть, потому что не может быть никогда. Я удивляюсь, как можно верить в такую примитивную сплетню, зная, насколько мисс Прелести всегда осторожна в этих делах.
      ПОХАБЕЛЛ
      Именно поэтому, сударыня, именно поэтому. Что мисс Прелести в таких делах всегда проявляет осторожность - кому же это не известно! Зная это, общество сделало вывод, что данный случай был экстраординарным.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      О, да! И для репутации женщин этого сорта скандалы так же смертельно опасны, как обыкновенная инфлюэнца для людей с крепкой конституцией. Знаете, бывают такие квёлые репутации, как бы немного хронически больные, но они переживут сотню добрых имен таких вот скромниц.
      ПОХАБЕЛЛ
      Очень верная аллегория, мадам. Худая репутация - что хлипкое телосложение. Берегитесь сквозняков - и вы компенсируете недостаток здоровья здоровым образом жизни.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      И всё же я надеюсь, что общество заблуждается. Часто невиннейшие поводы раздуваются в самые ядовитые слухи. Вам, сэр Бенджамен, это известно лучше, чем кому бы то ни было.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Да уж, ему это известно. Вот, например, вы знаете, каким манером эта невинная овечка мисс Летиция прошлым летом в Тэмбридже потеряла жениха и доброе имя? Помнишь, племянник?
      ПОХАБЕЛЛ
      А то! Вот смеху-то было!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Умоляю: расскажите.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Однажды на ассамблее у миссис Блеф зашел разговор о проблемах разведения новошотландских овец в этой стране. И тут одна юная леди решила блеснуть познаниями в этой области. Вот она возьми да и скажи: "А я знаю эту породу. У моей кузины мисс Летиции окотилась овечка новошотландской породы: принесла двойню". А при этом присутствовала вдовствующая миссис Маразмус - глупая, как пень, да еще и глухая, как колода. И она воскликнула: "Что вы говорите! Мисс Летиция окотилась?!! Эта овечка принесла двойню?" Ну, натурально, все дружно заржали над этим недоразумением. А уже наутро этот анекдот дошел до столицы, а через несколько дней весь Лондон судачил о том, что мисс Летиция принесла двух прелестных крошек - мальчика и девочку. Не прошло и недели, а некоторые особо осведомленные люди называли имя отца и даже хутор, куда малютки были отданы на воспитание.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Фантастика!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Нет, уверяю вас, это факт. Честное слово. Да, мистер Вид, прошу прощения, говорят, ваш дядя сэр Оливер скоро возвращается в метрополию?
      ДЖОЗЕФ
      Я об этом не слышал, сэр.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Он долгие годы жил в Ост-Индии. Вы его, пожалуй, и не помните? Да, неприятно будет ему узнать по возвращении, до чего докатился его племянник Чарльз.
      ДЖОЗЕФ
      Конечно, Чарльз не отличается благоразумием. Но я надеюсь, что не найдется наушников, которые специально очернили бы его перед сэром Оливером. И, потом, может быть, он еще исправится.
      ПОХАБЕЛЛ
      Да, может - каких только чудес не бывает на свете. Что до меня, то я никогда не верил, что он до такой степени лишен всех устоев, как об этом свидетельствуют решительно все. Пожалуй, кроме евреев.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      В точку, племянник! Он пользуется у них такой популярностью, что если бы они имели самоуправление, то выбрали бы его олдерменом. Вот вам крест! Я слышал, будто в год он приносит им барыша не меньше, чем ирландская тонтина. А когда он болен, о его здравии молятся в синагоге.
      ПОХАБЕЛЛ
      И при скромности своих средств он живет на широкую ногу - в этом ему равных нет. Говорят, он закатывает лукулловы пиры для своих приятелей, сажая за стол еще дюжину поручителей. И это при том, что в передней его поджидают два десятка кредиторов, а у каждого гостя за спиной стоят вместо лакеев судебные приставы.
      ДЖОЗЕФ
      Господа, помилосердствуйте! Вы по этому поводу изощряетесь в остроумии, но он все-таки мой брат!
      МАРИЯ (в сторону)
      О, как тошно от их яда! (Вслух) Леди Фанаберри, я вынуждена оставить вас, мне дурно.
      МАРИЯ уходит.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Боже, какой нездоровый цвет лица!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Проводите ее, миссис Крокодайл, ей может понадобиться ваша помощь. Вам понятно?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      О, разумеется! Еще бы не понятно! Бедная девочка! В ее положении...
      МИССИС КРОКОДАЙЛ уходит.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Я думаю, ничего опасного. Просто юной леди неприятно было, что говорили о Чарльзе. Хотя они сейчас в конфронтации.
      ПОХАБЕЛЛ
      Эта юная особа слишком афиширует свои пристрастия.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Но отсюда не следует, что ты должен от нее отступиться. Догони ее и доставь ей удовольствие своими несравненными стихами. Я помогу тебе.
      ПОХАБЕЛЛ
      Мистер Вид, я не желаю оскорблять ваши родственные чувства, но позвольте высказаться со всей откровенностью: ваш брат безнадежен.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Абсолютно безнадежный, пропащий и конченый человек. Ему никто не даст даже гинеи.
      ПОХАБЕЛЛ
      Он продал с молотка всё, что можно было продать.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Подтверждаю, поскольку я был в его доме: продано всё, за исключением батареи пустых бутылок, на которые не обратили внимания, а также фамильных портретов, которые, наверное, вмурованы в стены.
      ПОХАБЕЛЛ
      А еще о нем говорят прескверные вещи.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Да, за ним водятся прескверные дела - и во множестве. Что есть, то есть.
      ПОХАБЕЛЛ
      Но поскольку он ваш брат...
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Мы расскажем вам об этом в следующий раз.
      ПОХАБЕЛЛ и ОСТОЧЕРТЕЛЛ уходят.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Ха-ха-ха! Я думаю, досадно им было уйти, не исчерпав такого богатого сюжета.
      ДЖОЗЕФ
      А я думаю, что вам было досадно слушать их гадости - не меньше, чем Марии.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Возможно, ее чувства сильнее, чем мы предполагали. Семейство соберется здесь вечером, так что вы пообедаете у меня, и мы продолжим наши наблюдения. Сейчас я пойду разрабатывать план одной проделки, а вы штудируйте науку нежной страсти.
      Уходят.
      
      Сцена вторая.
      Дом СЭРА ПИТЕРА ПИЛИМА.
      Входит СЭР ПИТЕР.
      
      СЭР ПИТЕР
      Когда старый холостяк женится на молоденькой, на что он может надеяться? Вот уже полгода, как леди Пилим, выражаясь фигурально, сделала меня счастливейшим из людей, а фактически я стал несчастнее последнего пса. Мы начали свои отношения с безобидного спора по дороге в церковь, и, еще до того как отзвонили колокола, успели полноценно поссориться. В продолжение медового месяца я несколько раз чуть не захлебнулся желчью. Друзья еще не успели пожелать мне радостей семейной жизни, а мне уже заранее обрыдли все эти радости. А ведь я подошел к делу архиосновательно, и можно ли меня упрекнуть в том, что это был брак не по расчету! Я взял скромную провинциалку. Что она знала в своей старосветской глуши? Единственным предметом роскоши для нее было шелковое платье, а единственным развлечением - бал раз в год по случаю скачек. И вот теперь она лицедействует на театре безумных столичных мод, и с такой легкостью, как будто всю жизнь провела на Гроунор-сквер, а живую травку видела только в клумбах. Я сделался комическим персонажем, обо мне сочиняют пашквили. Она транжирит мое состояние, дерзит мне по любому поводу - и ужаснее всего то, что я ее люблю: иначе не мог бы терпеть всё это. Но я еще не настолько ослабел умственно, чтобы смиряться с такими вещами.
      Входит РОУЛИ.
      РОУЛИ
      Мое почтение, сэр Питер. Как ваше самочувствие?
      СЭР ПИТЕР
      Отвратно, мистер Роули, просто отвратно. Ничего, кроме скорбей и стеснений.
      РОУЛИ
      И всё за один день? Но какова их причина?
      СЭР ПИТЕР
      Хорошенький вопрос женатому человеку!
      РОУЛИ
      Вы намекаете, что леди Пилим - источник всех ваших переживаний? Я уверен, что такого просто не может быть.
      СЭР ПИТЕР
      А разве ее уже забрали черти?
      РОУЛИ
      Полно, полно, сэр Питер! Вы же любите ее, хотя и не во всем сошлись характерами.
      СЭР ПИТЕР
      А это ее вина, мистер Роули. Я - олицетворенное терпение и терпеть не могу брюзгливых и нудных людей. Я повторяю это ей сто раз на дню.
      РОУЛИ
      Да что вы говорите! Ну, тогда конечно.
      СЭР ПИТЕР
      Во всех наших недоразумениях виновата она. А эта леди Фанаберри и вся ее камарилья еще подзуживают леди Пилим, провоцируют ее дурные склонности. Но больше всего меня тревожит то, что Мария, которой я заменил отца, бунтует против моей воли. Решительно отказывает жениху, которого я выбрал ей, - полагаю, что она предпочитает его беспутного брата.
      РОУЛИ
      Вы помните, сэр Питер, что я всегда имел смелость не разделять вашей оценки этих юношей. Как бы вам не пришлось раскаяться в чрезмерном доверии к Джозефу. Что же до Чарльза, то я готов ручаться головой, что он исправит свои ошибки. Его достойнейший отец в юности был таким же, извините за выражение, обормотом.
      СЭР ПИТЕР
      Вы заблуждаетесь, мистер Роули. Вам известно, что после кончины отца этих юношей я был их опекуном, пока щедрость их дяди сэра Оливера не сделала их независимыми несколько раньше срока. И уж конечно я имел много возможностей познать их сердца - а я ведь не ошибался еще ни разу в жизни! Так вот: Джозеф - человек долга, и с этим он сообразует все свои деяния, которые могли бы служить основой для всеобщего законодательства. А другой брат, даже если унаследовал малую толику порядочности, то расточил ее вместе со всем имением. Увы, друг мой, сэр Оливер будет огорчен, узнав, какое дурное применение этот молодой человек нашел его благодеяниям.
      РОУЛИ
      Мне жаль, что вы так предубеждены против Чарльза, потому что именно сейчас в его жизни наступает поворотный момент. Но я прибыл с удивительным известием.
      СЭР ПИТЕР
      Вот как? Говорите скорее!
      РОУЛИ
      Сэр Оливер приехал, и теперь он в Лондоне.
      СЭР ПИТЕР
      Невероятно! А я думал, что вы не ожидали его приезда в этом месяце.
      РОУЛИ
      Не ожидал, но современные средства передвижения - это просто чудо.
      СЭР ПИТЕР
      Я буду рад встрече со старым другом. Мы не виделись шестнадцать лет. Нас связывает много добрых воспоминаний. И что, он по-прежнему настаивает, чтобы мы сохранили его приезд в тайне от племянников?
      РОУЛИ
      Да, это его категорическое требование. Он хочет их испытать.
      СЭР ПИТЕР
      Боже мой, да разве требуются ухищрения во вкусе Гарун-аль-Рашида, чтобы оценить их истинные качества! Однако ему виднее. А он знает о моей женитьбе?
      РОУЛИ
      Конечно, и скоро сам придет поздравить вас и пожелать счастья.
      СЭР ПИТЕР
      Поздравить! Это значит пить за здравие чахоточного. Добрый старый Нолль уничтожит меня своими насмешками. Помнится, мы весьма саркастически высказывались о радостях брачных уз. Конечно, он остался верен убеждениям юности. Но он ведь может прийти с минуты на минуту! Я сейчас же отдам все распоряжения. Только, дорогой мистер Роули, не говорите ему, что мы с леди Пилим... ну, в общем, не всегда совпадаем во взглядах...
      РОУЛИ
      Что вы! Ни полслова.
      СЭР ПИТЕР
      Иначе старина Нолль доконает меня своими издевками. Пусть думает, что мы - безупречная и наисчастливейшая чета на свете.
      РОУЛИ
      Я-то вас не выдам. Но, сэр Питер, не выдайте вы себя сами. Вам надлежит удерживаться от разногласий с женой в его присутствии.
      СЭР ПИТЕР
      Надлежит... Но это самое трудное. Ах, мистер Роули, когда старый холостяк женится на молоденькой, на что он может надеяться? Но преступление с необходимостью заключает в себе и наказание.
      Уходят.
      
      АКТ ВТОРОЙ
      Сцена первая.
      Дом СЭРА ПИТЕРА ПИЛИМА.
      Входят СЭР ПИТЕР и ЛЕДИ ПИЛИМ.
      СЭР ПИТЕР
      Леди Пилим! Я не потерплю!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Сэр Питер! Я вас разорю! Можете ругаться или смеяться - в зависимости от того, какой из Гиппократовых гуморов ударит вам в голову (кровь или желчь), - а я намерена во всем поступать по-своему и буду поступать! Буду, буду, буду! Вы, очевидно, полагали, что если я возросла вдали от цивилизации, то я не знаю своих гражданских прав! Вы рассчитывали на это! Вы женились на мне по расчету. Но вы просчитались. А я знаю свои права, знаю, знаю, знаю. В Лондоне замужняя дама никому не обязана отчетом в своих поступках.
      СЭР ПИТЕР
      Восхитительно, мадам, восхитительно. Значит, вы полагаете...
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Я полагаю!
      СЭР ПИТЕР
      ... что муж не имеет над женой никакой власти?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Власти?!! Так вот что вам было нужно, сэр! Но если вы хотели власти, вам следовало не жениться на мне, а удочерить меня. Это вам гораздо больше подошло бы по возрасту.
      СЭР ПИТЕР
      По возрасту! Вот что для вас важнее всего. Хорошо, хорошо, леди Пилим, вы можете отравить мне жизнь своим гумором, но я не потерплю, чтобы вы разоряли меня своим мотовством.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А я вас разорю! Разорю! Разорю! Как вам не стыдно, сэр Питер. Разве я трачу больше, чем велят приличия?
      СЭР ПИТЕР
      Так они велят вам зимой швырять на цветы для будуара такие суммы, что на них можно было бы превратить Пантеон в оранжерею, а новогодние праздники - в первомайские!
      (В оригинале: and give a Fete Champetre at Christmas)
      Вы живете не по средствам.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Не учите меня жить! Сэр Питер, вот я уже виновата, что в холода цветы такие дорогие! Предъявляйте ваши претензии климату! Я от него тоже не в восторге. Может, я хочу, чтобы лето не кончалось и розы цвели круглый год. Чтобы у нас прямо под ногами был ковер из роз.
      СЭР ПИТЕР
      Если бы вы с рождения купались в роскоши, я бы не удивился таким вашим вкусам. Но вы как будто уже забыли о том, какое занимали положение, когда я женился на вас.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      О нет! Я помню. Это положение было безрадостным, потому я и пошла за вас.
      СЭР ПИТЕР
      Сударыня, ваш стиль был куда проще, когда вы были дочерью скромного эсквайра. Вспомните, леди Пилим, какой я увидел вас впервые: гладко причесанной, в строгом ситцевом платье, с ключами на пояске, сидевшей за пяльцами - а цветы, которые тогда украшали вашу комнату, были связаны вами же.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Жуть! Вспоминать не хочется.
      СЭР ПИТЕР
      Если бы только это, мадам! Ваши дни были заполнены инспектированием фермы, ревизиями птичника, штудированием поваренной книги, а также причесыванием собачки вашей тетушки Деборы!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Мрак!
      СЭР ПИТЕР
      Но это дневные развлечения, а были и вечерние. Делать выкройки для кружев, которые не из чего было шить. Резаться в картишки с викарием. Читать душеспасительные тексты вышеупомянутой тетушке. Бренчать на раздолбанном спинете, убаюкивая батюшку после охоты на лис.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Злоязычный! Сэр Питер, всё это - чистейший вымысел.
      СЭР ПИТЕР
      Да, сударыня, но тогда этот вымысел - ваш. Когда-то вы довольствовались тем, что тряслись по колдобинам верхом на кляче, вцепившись в управляющего. А теперь вам непременно требуется карета vis-à-vis, три напудренных лакея и пара каких-то диковинных лошадей, напоминающих болонок, для вояжа в Кенсингтонский парк.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Клевета! Я никогда не цеплялась за управляющего!
      СЭР ПИТЕР
      Ну, разве что. Вот, мадам, каково было ваше существование. А я дал вам положение в свете, знатность и богатство - короче говоря, сделал вас своей женой. Можно ли сделать больше?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Разве что чуть-чуть. Сделать меня...
      СЭР ПИТЕР
      Кем же? Вдовой?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      И, заметьте, не я это сказала...
      СЭР ПИТЕР
      Вот спасибо! Но не обольщайтесь. Вы можете лишить меня покоя, но не доведете до сердечного удара. Во всяком случае благодарю за ясность, мадам.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вы сами отравляете мне жизнь нотациями и попреками, стоит мне потратить сущие пустяки на какую-нибудь элегантную вещицу.
      СЭР ПИТЕР
      Ничего себе! Леди, много ли вы тратили на эти элегантные вещицы до замужества?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Но, сэр Питер, неужели вы хотите, чтобы меня считали старомодной?
      СЭР ПИТЕР
      Старомодной! Большой модницей вы были до замужества!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А по-моему, вы сами должны радоваться, что у вас жена со вкусом.
      СЭР ПИТЕР
      Однако! Со вкусом! Да у вас совсем не было вкуса, когда вы за меня выходили!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вот это правда, сэр. Выйдя за вас, я продемонстрировала полное отсутствие вкуса.
      СЭР ПИТЕР
      Итак, мадам, вы испытываете ко мне именно те чувства, о которых я имел удовольствие услышать?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Сказать вам правду?
      СЭР ПИТЕР
      Если это не потребует от вас слишком большого одолжения.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Видите ли, я так устала от всех этих милых удовольствий, которые вы столь натурально описали, что, собравшись с духом, я решилась выйти за первого богатого джентльмена, который ко мне посватается.
      СЭР ПИТЕР
      По крайней мере, вам нельзя отказать в честности. Но я не поверю, что вы пытались завлечь в сети меня одного.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Ну, конечно, завлечь я пыталась нескольких, но только вас мне удалось поймать.
      СЭР ПИТЕР
      Однако! Откровенно, ничего не скажешь!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А теперь, сэр Питер, если мы уже сыграли запланированную на сегодня семейную сцену, то я отправляюсь к леди Фанаберри, мы с ней договорились.
      СЭР ПИТЕР
      Да, нашли вы себе компанию! Воистину сливки общества.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Зря вы так, сэр Питер. Они люди состоятельные, настоящие аристократы и дорожат своей репутацией.
      СЭР ПИТЕР
      Своей - может быть. Но ни во что не ставят чужую. Эта шайка не позволит никому другому считаться порядочным. Да что там говорить! Далеко не каждый несчастный, погибающий на плахе, сделал за всю свою жизнь столько зла, сколько эти артисты клеветы, виртуозы кляуз и губители репутаций.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Но свобода слова...
      СЭР ПИТЕР
      Вы переняли их лексикон. Воистину: скажи мне, кто твой друг...
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Ну, зачем вы так? Я надеюсь, что терпимость к чужому мнению придает человеку определенный шарм. Поверьте: я могу посмеиваться над людьми, но не умею их ненавидеть. Просто у меня задорное настроение. И когда другие подтрунивают надо мной, я не обижаюсь. Но, сэр Питер, не забудьте: вы тоже приглашены.
      СЭР ПИТЕР
      Приду, приду на этот совет нечестивых - хотя бы для защиты своей репутации.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      В таком случае не задерживайтесь. До свидания.
      ЛЕДИ ПИЛИМ уходит.
      СЭР ПИТЕР
      Да уж! Грандиозный педагогический успех от моих поучений! Но как же она обаятельна и в этой пикировке, и в отрицании моей власти. Я не могу приказывать ее сердцу, но тем лучше. Она мила мне такая, как есть, и особенно тогда, когда в этих диспутах она пытается уесть меня посильнее.
      Уходит.
      
      Сцена вторая.
      Гостиная ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ.
      Входят
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ, МИССИС КРОКОДАЙЛ, МИСТЕР ОСТОЧЕРТЕЛЛ, СЭР БЕНДЖАМЕН ПОХАБЕЛЛ и ДЖОЗЕФ ВИД.
      
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Нет, мы положительно желаем это услышать!
      ДЖОЗЕФ
      Да, да! Экспромт! Непременно экспромт!
      ПОХАБЕЛЛ
      Дядюшка, чтоб вас! Ну, это же просто хохма.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Хохма, в которой довольно много скрытого смысла.
      ПОХАБЕЛЛ
      Тогда я должен обрисовать вам ситуацию, запечатленную в этих стихах. На прошлой неделе мадам де Фиакр, катаясь по Гайд-парку на своей тачке, подымающей клубы пыли, попросила меня написать стихи о ее пони. Я моментально извлек из штанин свой, извиняюсь, ноутбук (Pocket-Book) и удовлетворил ее желание экспромтом:
      Не видел я коней с такой
      Наружностию шутовской.
      Возможно, стих мой и игрив,
      Но ноги их короче грив.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Ну, каково! Хлесткие стишки. Да еще, заметьте, он это сочинил, не вылезая из седла.
      ДЖОЗЕФ
      Да, писано хлыстом. Вы прямо Аполлон на Пегасе.
      ПОХАБЕЛЛ
      Что вы! Это пустячок в сравнении с тем, на что я способен.
      Входят ЛЕДИ ПИЛИМ и МАРИЯ.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Вы обязательно должны эти стишки записать мне в альбом.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      О, леди Пилим! Надеюсь, сэр Питер тоже осчастливит нас?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Он обещал не задерживаться, ваша светлость.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Мария, душенька, у вас удрученный вид. Сядьте-ка с нашим очаровательным Видом за игру в пикет.
      МАРИЯ
      Я не любительница игр. А впрочем, как вам угодно, ваша светлость.
      ЛЕДИ ПИЛИМ (в сторону)
      Если мистер Вид усядется с нею, тогда я чего-то не понимаю. По идее, он должен был бы искать способа до прихода сэра Питера переговорить со мной.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да не буду я с вами ни о чем разговаривать. Ей-богу, это смешно!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вы о чем, миссис Крокодайл?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Они находят, что красота нашей общей знакомой мадемуазель Макияж неестественна.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      О, разумеется, у нее очень даже эффектный внешний вид.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Приятно, что вы того же мнения.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      У нее очень свежая кожа лица.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Если точнее, освеженная.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Фи! Я поручусь, что ее румянец - естественный. Он появляется и исчезает. Я сама это видела.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      О! Неужели, вы видели, как он исчезает вечером и появляется утром?
      ПОХАБЕЛЛ
      Я бы даже уточнил: вы сами видели, как его приносит и уносит камеристка?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Ха, ха, ха! Ах, как меня шокируют такие ваши декларации! Зато ее сестра - настоящая красавица. Или была таковой.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Кто? Мадемуазель Штюкатюрр? Да ей же сто лет в обед! Ну, не сто, но пятьдесят шесть.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Поклеп! Ей пятьдесят два, не больше. В крайнем случае - пятьдесят три. По крайней мере, на вид.
      ПОХАБЕЛЛ
      На вид? Что вы под этим подразумеваете: когда она в боевой раскраске или без?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      А разве ее без раскраски кто-нибудь видел?
      ПОХАБЕЛЛ
      Если и видел, то окаменел.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Ладно, будет вам... Ну, допустим, мисс Штюкатюрр подкрашивает свой фасад, на котором оставило следы неумолимое время. Но разве это можно сравнить со штукатуркой, которой заделывает изъяны своей внешности вдова миссис Грунт!
      ПОХАБЕЛЛ
      Зачем быть столь суровыми к бедной вдове за такой, в сущности, мелкий недостаток? У нее имеются и другие, покрупнее. Завершив косметический ремонт лица, она столь неумело стыкует голову с шеей, что уподобляется отреставрированной статуе: глянец-то навели, но знатокам сразу видно, что голова современная, а корпус - античный.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Ха-ха-ха! Молодец, племянничек!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Хи-хи-хи! Ой, я не могу! Я не могу переносить вас за ваш злой язык! А что вы скажете про мисс Челюсти?
      ПОХАБЕЛЛ
      Что у нее отменные зубы.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      О, да! И поэтому если она не болтает и не смеется (а это случается крайне редко), она всё равно держит рот полуоткрытым. Вот так. (Показывает)
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Да вы и сами зубасты!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Впрочем, она выглядит лучше, чем миссис Сноб, пытающаяся скрыть зияние во рту. Она так стягивает губы, что ее рот становится похож на щелку в копилке для пожертвований, а слова у нее проскальзывают откуда-то сбоку.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Отлично, отлично, леди Пилим. Вы сдали свой экзамен на язвительность.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Когда защищаешь друга, это не язвительность, а только справедливость. А вот и сэр Питер! Омрачит он наше непринужденное веселье.
      Входит СЭР ПИТЕР.
      СЭР ПИТЕР
      Сударыни, моё нижайшее... (Про себя) Боже милостивый, вся банда в сборе! И каждое слово убивает чью-нибудь репутацию.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Как я рада, что вы пришли, сэр Питер! Они все так привередливы - и леди Пилим тоже. Я прямо слезами обливалась.
      СЭР ПИТЕР
      Я полагаю, миссис Крокодайл, что это может довести до слез.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Им невозможно угодить! Они даже миссис Перси не считают доброй.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Эту раздобревшую вдову, которую мы видели вчера на балу у миссис Кадрилл?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Как вам не стыдно! Ожирение - это ее несчастье! А учитывая гомерические ухищрения, к которым она прибегает, чтобы похудеть, смеяться над ней просто грешно.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да, говорят.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Она сидит на диете, шнуруется с помощью шкивов и прочих механизмов, а в жаркие дни выезжает на прогулку верхом на приземистом пони, задыхающемся от непосильной ноши.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Просто прелесть - как вы ее защищаете, леди Пилим!
      СЭР ПИТЕР
      Прелесть - нечего сказать!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Леди Пилим - такой же суровый арбитр, как мисс Склоки.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Да уж, что может быть курьезнее притязаний этой деревенщины мисс Склоки судить обо всем на свете, хотя предметов, в которых она была бы сильна, под небесами просто не существует.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Не будьте так придирчивы. Мисс Склоки - моя родственница по мужу. А что касается ее лично, то она заслуживает сострадания. Бедняжке так нелегко изображать из себя девочку в ее тридцать шесть лет!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Впрочем, она еще сохранила остатки былой прелести. Правда, глаза у нее вечно красные, но стоит ли этому удивляться, если она ночи напролет читает при свечах!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Отдадим ей должное: манеры у нее весьма сносные - разумеется, для особы, которая нигде не воспитывалась. Вы же знаете: ее мать была обыкновенной модисткой из Уэльса, а отец - сахарозаводчиком в Бристоле.
      ПОХАБЕЛЛ
      Сколько добродушия в вас обеих!
      СЭР ПИТЕР (в сторону)
      Да уж, они дьявольски добродушны! Даже к своим родственникам. Избави боже от такого добродушия!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Я не могу даже слышать, когда порочат моих друзей.
      СЭР ПИТЕР
      Я думаю.
      ПОХАБЕЛЛ
      Как человеку добродетельному, вам будет легко представить, что мы с миссис Крокодайл можем часами слушать беседы мисс Штюкатюрр о морали.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Видимо, застольные беседы. А мисс Штюкатюрр подает себя на десерт. Она похожа на испанский марципан, в котором начинка важнее оболочки: снаружи толстый-толстый слой глазури, а внутри - какая-нибудь сентенция. Она - соединение двух искусств: изобразительного и словесного.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Я не позволяю себе ни единого дурного слова о своих знакомых, о чем всегда повторяю своей кузине миссис Кокет, которая только этим и занимается. Да она еще претендует быть арбитром элегантности!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Еще бы! Ведь у нее просто необыкновенное лицо. Это музей диковин со всего света.
      ПОХАБЕЛЛ
      Воистину, музей. Я бы сказал: кунсткамера. У нее ирландский лоб ...
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Каледонские локоны...
      ПОХАБЕЛЛ
      Голландский нос...
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Австрийский рот...
      ПОХАБЕЛЛ
      Испанские глаза...
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Китайские зубы...
      ПОХАБЕЛЛ
      В общем, ее наружность напоминает табльдот на курорте Спа: все гости из разных стран.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Или конгресс по окончании большой войны: все смотрят в разные стороны - даже глаза, и только между носом и подбородком намечается сближение.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Ха-ха-ха!
      СЭР ПИТЕР (в сторону)
      Боже мой! И у этого самого лица они обедают два раза в неделю!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Ах, противные скептики!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Нет, непозволительно так переходить на лица. Кстати, миссис Кокет...
      СЭР ПИТЕР
      Сударыня! Сударыня! Простите, но не существует силы, способной обуздать языки этих добрых джентльменов. Прошу вас только воздержаться от защиты леди, над которой они потешаются, поскольку она - мой близкий друг.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Ха-ха-ха! Недурной парадокс, сэр Питер. Однако вообще это не ваш стиль: у вас неподходящая комплекция. Вы слишком флегматик, чтобы предаваться остроумию, и слишком холерик, чтобы сносить чужие шутки.
      СЭР ПИТЕР
      Ах, мадам, подлинное остроумие - той же самой природы, что и добродушие. Они в гораздо большем родстве, чем полагает ваша милость.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Золотые слова, сэр Питер. Это настолько близкие родственники, что соитие им противопоказано.
      ПОХАБЕЛЛ
      Да что там говорить! Бывают даже такие супруги, которые ни в чем не сходятся.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Сэр Питер так ненавидит злословие, что готов запретить его парламентским законом.
      СЭР ПИТЕР
      Да, клянусь небом! Если бы охота на людей была в одной цене с браконьерством, если бы людей охраняли так же, как животных, большинство обывателей поддержало бы такой билль.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      О боже! Но это было бы ущемлением наших прав.
      СЭР ПИТЕР
      И прекрасно! Я сделал бы исключение для дипломированных старых дев и разочарованных вдов. Только им я согласился бы выдавать лицензию на отстрел репутаций - для утешения.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Этот какой-то этический демонизм!
      
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Надеюсь, вы не стали бы преследовать по закону тех, кто только передает слухи?
      СЭР ПИТЕР
      И не надейтесь! Их я привлекал бы к административной ответственности. Если невозможно установить источник клеветы, пусть расплачиваются ее распространители.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Но в основе того, что вы называете клеветой, обычно лежат какие-то достоверные факты.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Господа! Господа! Хватит споров! Перейдемте в соседнюю залу играть в карты.
      Входит ЛАКЕЙ и что-то говорит СЭРУ ПИТЕРУ.
      СЭР ПИТЕР
      Хорошо, я сейчас буду. (В сторону) Уйду не прощаясь.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Сэр Питер, уж не собираетесь ли вы уйти не прощаясь?
      СЭР ПИТЕР
      Простите, срочное дело. Но я оставляю вашей милости свое доброе имя.
      СЭР ПИТЕР уходит.
      ПОХАБЕЛЛ
      Сэр Питер стушевался... Леди Пилим, ваш господин - презабавный старикан. Не будь он вашим супругом, я рассказал бы вам несколько препикантных анекдотов о его особе. Это вас развеселило бы.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А вы не смущайтесь. Веселитесь на здоровье. (Присоединяется к другим дамам)
      ДЖОЗЕФ
      Я вижу, Мария, вам неуютно в этом обществе?
      МАРИЯ
      А разве может быть иначе? Если быть остроумным - значит издеваться над слабостями и неудачами ближних, которые не сделали вам ничего плохого, то пусть небо пошлет мне двойную порцию тупости!
      ДЖОЗЕФ
      Эти люди - скорее дурные, чем плохие. По своей природе они вовсе не злы и не желают зла.
      МАРИЯ
      Тем хуже. Я думаю, что распущенность языка можно извинить только тому, кто по натуре своей не может владеть собой, а злословие простительно при искреннем возмущении разума.
      ДЖОЗЕФ
      Вы правы, сударыня. Я тоже считаю, что говорить о ближних жестокую правду просто так, от нечего делать, гораздо хуже, чем распространять явную ложь из мести. Но я о другом, Мария. Вы-то как раз так благосклонны ко всем, но суровы ко мне. Отчего же? Разве моему нежному чувству уже отказано в надежде?
      МАРИЯ
      Зачем вы опять мучаете меня, возвращаясь к этому вопросу?
      ДЖОЗЕФ
      А я разве не мучаюсь? Я же понимаю, почему вы противитесь воле вашего опекуна сэра Питера. Мой непутевый брат торжествует надо мной.
      МАРИЯ
      Запрещенный прием! Какое вам дело до моих чувств к этому несчастному юноше? Если его бросили все, даже родной брат, это не значит, что я отвернусь от него.
      ДЖОЗЕФ
      Мария, не уходите с таким хмурым лицом. (Падает на колени) Всем святым клянусь...
      Появляется ЛЕДИ ПИЛИМ.
      (В сторону) Дьявольщина! Леди Пилим! (Марии) Вы не должны... Не можете... Разумеется, я глубоко почитаю леди Пилим...
      МАРИЯ
      Леди Пилим?
      ДЖОЗЕФ
      Господи! Чтобы сэр Питер не заподозрил.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вот это мне нравится! Вы ее перепутали со мной? Дитя мое, вас ждут в зале.
      МАРИЯ уходит.
      И как же это понимать?
      ДЖОЗЕФ
      Это не то, что вы подумали. Весьма неприятная ситуация. Мария заметила, что я проявляю заботу о вашем счастье, и грозила поделиться с сэром Питером своими подозрениями. И вот я пытался ее разуверить - а тут вы...
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      В самом деле? Однако вы избрали очень патетический способ разуверения. Или это ваша обычная поза?
      ДЖОЗЕФ
      Она ребенок, и я думал, что патетический тон будет уместен. Но, леди Пилим, когда же вы придете посмотреть мою библиотеку? Вы обещали.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Нет, я начинаю думать, что это было бы неосмотрительно. Имейте в виду: я не позволю, чтобы вы имели вид моего любовника в большей степени, чем позволяет мода.
      ДЖОЗЕФ
      О, я - идеальный любовник. Я имею в виду: платонический. Такого всем лондонским женам иметь не грех.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Конечно, нельзя отставать от моды. Я отбросила уже много привычек моей сельской жизни. И всё же, как бы ни донимал меня сэр Питер своей нудностью, он не заставил бы меня решиться...
      ДЖОЗЕФ
      ... на единственную сатисфакцию, которая доступна женщине. Браво! Ваше самообладание похвально.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Молчите! Вы вкрадчивый лицемер. Однако наше отсутствие может быть замечено. Идемте к ним.
      ДЖОЗЕФ
      Лучше порознь.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Лучше. Только задерживаться вам не обязательно. Если вы надеетесь, что Мария вернется, чтобы дослушать ваши... как это вы изволили выразиться? разуверения? - то могу поручиться: не придет. Она уже разуверилась.
      ЛЕДИ ПИЛИМ уходит.
      ДЖОЗЕФ
      Однако из-за свой политики я оказался в весьма щекотливом положении. Поначалу я хотел сделать союзницей леди Пилим, чтобы она не заключила пакта с Марией против меня. И вот теперь я, сам не понимаю, каким образом, оказался ее чичисбеем по-настоящему. Я даже начинаю жалеть, что потратил столько усилий на создание безупречной репутации. Она стала для меня капканом, потому что теперь приходится ей соответствовать.
      Уходит.
      
      Сцена третья.
      Дом ЧАРЛЬЗА ВИДА.
      Входят РОУЛИ и СЭР ОЛИВЕР ВИД.
      
      СЭР ОЛИВЕР
      Ха-ха-ха! Вот умора! Мой старый приятель окольцевался! Взял молодую жену из деревни! Ха-ха-ха! Долго сопротивлялся старый холостяк, барахтался, барахтался - и потонул!
      РОУЛИ
      Только вы, пожалуйста, не смейтесь при нем, сэр Оливер: это его больное место. Хотя прошло всего полгода, как он заключил брак.
      СЭР ОЛИВЕР
      Значит, он уже полгода в заключении. Бедный Пит! Так вы говорите, что он отлучил от себя Чарльза, да?
      РОУЛИ
      Да, и он упорствует в своей неприязни. Конечно, здесь решающую роль играет ревность из-за леди Пилим, всячески подогреваемая клакой светских интриганов - наших соседей. Они преуспели в дискредитации молодого человека. А ведь на самом деле всё наоборот: если у этой леди и вызывает интерес кто-то из племянников, то скорее старший.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, я знаю: есть немало таких злыдней, кумушек - не только женского, но и мужского пола, - готовых ради пустой прихоти, от скуки уничтожить доброе имя юноши, прежде чем он сможет осознать, чего лишился. Но им не удастся настроить меня против Чарльза, в этом будьте уверены. Нет, если он не запятнал себя ничем действительно бесчестным и подлым, я прощу ему любые шалости.
      РОУЛИ
      И он вас не разочарует, жизнью ручаюсь. Сэр, вы меня воодушевили. Я вижу, что вы не очерствели с годами и что у сына моего старого доброго хозяина есть на земле еще один друг.
      СЭР ОЛИВЕР
      Что вы, дорогой мистер Роули! Разве я не помню, каким сам был в его годы! Ни я, ни мой покойный брат не были паиньками. Но, скажите по правде, много ли вам встречалось людей лучше, чем ваш хозяин?
      РОУЛИ
      То-то и оно, сэр. И я уверен, что Чарльз еще послужит чести вашего рода. А вот и сэр Питер идет.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, это он, хотя изменился почти до неузнаваемости. Нет, не из-за прожитых лет, а из-за женатого положения. У него на лице написано: "Образцовый муж". Это читается издалека.
      Входит СЭР ПИТЕР.
      СЭР ПИТЕР
      Сэр Оливер, дружище! С приездом! Тысячу раз добро пожаловать!
      СЭР ОЛИВЕР
      Спасибо, спасибо, сэр Питер! Рад вас видеть в добром здравии.
      СЭР ПИТЕР
      Долго же мы не виделись. Шестнадцать лет, даже не верится. Столько за эти годы было утрат!
      СЭР ОЛИВЕР
      И у меня также. Ну, ладно. А вы, оказывается, женились, дитя изрядного возраста! Поскольку сочувствием дела не исправишь, остается только поздравить вас - и, поверьте, от всего сердца
      СЭР ПИТЕР
      Спасибо, спасибо, сэр Питер. Вот, стряслось со мной такое... счастье. Но об этом позже.
      СЭР ОЛИВЕР
      Правильно, правильно, сэр Питер. Негоже старым друзьям после долгой разлуки начинать с сетований на судьбу.
      РОУЛИ
      Сэр, пожалуйста...
      СЭР ОЛИВЕР
      Теперь к делу. Значит, один из моих племянников - необузданный дикарь?
      СЭР ПИТЕР
      Дикарь? Пожалуй. У меня душа болит при мысли о том, какое вас ждет разочарование. Он - пропащий человек, законченный сумасброд. Но старший брат вознаградит вас за него. Джозеф - образец для юношества. Его хвалят все без исключения.
      СЭР ОЛИВЕР
      Очень жаль. У него слишком хорошая репутация, чтобы он мог быть действительно порядочным человеком. Его хвалят все без исключения? Это значит только то, что он ухитряется угодить всем, что он делает одинаковые реверансы и умным, и дуракам, и мошенникам, и честным людям.
      СЭР ПИТЕР
      Как, сэр Оливер?!! Он виноват, что не нажил врагов?
      СЭР ОЛИВЕР
      Разумеется. Иметь врагов - заслуга для порядочного человека.
      СЭР ПИТЕР
      Я уверен, вы измените свое мнение, когда узнаете его. Слушать его - поучительно: он выражает самые благородные чувства.
      СЭР ОЛИВЕР
      Черта ли мне в его чувствах! Если он будет разговаривать со мной, жуя прописные истины, меня вырвет. Нет, сэр Оливер, поймите меня правильно. Я не оправдываю ошибок Чарльза. Чтобы составить о племянниках объективное мнение, я должен испытать их сердца. И мы с моим другом Роули кое-что придумали.
      РОУЛИ
      И сэр Питер поймет, что и он способен ошибиться - хотя бы единственный раз в жизни.
      СЭР ПИТЕР
      За Джозефа я ручаюсь.
      СЭР ОЛИВЕР
      А теперь давайте-ка разопьем бутылочку доброго вина за здоровье молодых людей и за успех нашего замысла.
      СЭР ПИТЕР
      Идет!
      СЭР ОЛИВЕР
      И не будьте, сэр Питер, слишком строги к одному из сыновей вашего старого друга.
      СЭР ПИТЕР
      Тому причиной его слабости и глупости.
      РОУЛИ
      Он слишком рано оказался предоставлен сам себе.
      СЭР ОЛИВЕР
      Честное слово, я не очень беспокоюсь, что Чарльз немного сбился с курса. По мне, хуже переизбыток благоразумия. Оно, как плющ, обвивается вокруг молодого саженца и не дает дереву нормально расти.
      Уходят.
      
      АКТ ТРЕТИЙ
      Сцена первая.
      Дом СЭРА ПИТЕРА ПИЛИМА.
      Входят СЭР ПИТЕР, СЭР ОЛИВЕР и РОУЛИ.
      
      
      СЭР ПИТЕР
      Хорошо, сначала проэкзаменуем этого молодого человека, а вино отложим на потом. Но, дорогой Роули, зачем вы всё-таки рассказываете об этом мистере Стенли? Пока я не понимаю.
      РОУЛИ
      Сейчас объясню. Он в родстве с обоими братьями по материнской линии. Был коммерсантом в Дублине, но разорился - из-за целого ряда несчастливых обстоятельств, а не из-за каких-то махинаций.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, он не может быть аферистом. Я помню его как честнейшего человека.
      РОУЛИ
      И вот когда кредиторы довели его до тюрьмы, он письменно обратился с просьбой о помощи к мистеру Виду и Чарльзу. Первый дал ему только туманные обещания оказать ему - не теперь, а в неопределенном будущем - поддержку (я подозреваю, что только моральную). Зато Чарльз, уже сам дошедший до края, сделал всё возможное, что ему оставил неразумный образ жизни. И даже сейчас, в разгар собственных бедствий, он пытается занять деньги не только для себя, но и для несчастного Стенли.
      СЭР ОЛИВЕР
      Достойный сын моего брата!
      СЭР ПИТЕР
      Всё это хорошо, но в чем состоит план сэра Оливера?
      РОУЛИ
      Я сообщу обоим братьям, что Стенли разрешили обратиться за помощью лично. И поскольку они его в глаза не видели, то сэр Оливер выдаст себя за него и тогда сможет составить мнение об их натуре - во всяком случае, о способности к состраданию.
      СЭР ПИТЕР
      Ой ли! Что можно достоверно установить таким способом? Разве то, что Чарльз - фат, но это очевидно и безо всяких опытов. Вольно ему раздавать бедным родственникам несуществующие деньги!
      СЭР ОЛИВЕР
      Едва ли он хочет именно этого. Я привез некоторое количество рупий и хотел бы найти им правильное применение.
      РОУЛИ
      Сэр, я не сомневаюсь: пусть Чарльз даже будет "фатом", но, при всех его чудачествах, он сохранил доброе сердце. Помните, у нашего бессмертного барда?
      Что ж ты не с братом? Он к тебе привязан,
      А ты его не ценишь. Относись
      Внимательней к его расположенью,
      Некстати от себя не отчуждай.
      Ведь он так добр, его легко растрогать,
      Его рука открыта и щедра
      (В. Шекспир. Генрих IV, часть II, акт IV, сцена 4. Перевод Б.Л. Пастернака. В оригинале Роули цитирует только последние две строки.)
      СЭР ПИТЕР
      Много ли проку в этой щедрой руке, если в ней открывается только пустота? Впрочем, устраивайте свои эксперименты, сколько угодно. Но где же этот парень, который должен посвятить сэра Оливера в дела Чарльза?
      РОУЛИ
      Ожидает внизу. Он - человек осведомленный. Это добропорядочный еврей, и, надо ему отдать должное, он сделал всё, чтобы вразумить вашего племянника.
      СЭР ПИТЕР
      Так зовите его.
      РОУЛИ (слуге)
      Пригласите мистера Мозеса.
      СЭР ПИТЕР
      Но в чем его интерес откровенничать с нами?
      РОУЛИ
      О, не сомневайтесь, интерес имеется. Чарльз ему должен, надежды на уплату, как вы понимаете, мало, и я сказал мистеру Мозесу, что он получит эти деньги с сэра Оливера. А еще у нас имеется некий мистер Аспид. Однажды я прищемил ему хвост в одном дельце, подозрительно смахивающем на подлог. Он внесет ясность в вопрос об отношениях между леди Пилим - извините, сэр Питер, - и Чарльзом.
      СЭР ПИТЕР
      Вам еще не надоело говорить об этом?
      РОУЛИ
      А вот и наш честный израильтянин.
      Входит МОЗЕС.
      Вот сэр Оливер.
      СЭР ОЛИВЕР
      Сэр, насколько я понимаю, в последнее время вы часто вели дела с моим племянником Чарльзом.
      МОЗЕС
      Я вас умоляю, сэр Оливер, это были такие дела! Конечно, я ему не отказал, но к тому времени он уже был на мели.
      СЭР ОЛИВЕР
      Печально. Значит, у вас не было возможности оказать ему помощь своими талантами?
      МОЗЕС
      Совершенно не имел такого удовольствия. Я имел неудовольствие узнать про его гембель, когда он погрузился на несколько тысяч ниже нуля.
      СЭР ОЛИВЕР
      Прискорбно. Однако я полагаю, что вы сделали всё от вас зависящее, честный Мозес?
      МОЗЕС
      Чтобы всем так помогали, как я ему помогаю! Вот и сегодня я должен познакомить его с одним джентльменом из Сити занять ему денег.
      СЭР ПИТЕР
      Простите: познакомить?!! Неужели вы нашли заимодавца, с которым Чарльз еще не познакомился?
      МОЗЕС
      Да, это мистер Премиум, бывший маклер.
      СЭР ПИТЕР
      Послушайте, сэр Оливер, у меня появилась идея, и, по-моему, неплохая! Итак, вы говорите, Чарльз не знаком с этим человеком?
      МОЗЕС
      Совершенно не знаком.
      СЭР ПИТЕР
      Сэр Оливер, если вы так жаждете удовлетворить свое любопытство - так вот вам способ получше, чем романтическая сказка о бедном родственнике. Ступайте с нашим другом Мозесом и сыграйте роль мистера Премиума. И я не сомневаюсь, что натура племянника откроется вам во всем великолепии.
      СЭР ОЛИВЕР
      Пожалуй, сэр Питер, эта идея удачнее предыдущей. А легенду со старым Стенли мы прибережем для Джозефа.
      СЭР ПИТЕР
      О! Так будет еще достовернее.
      РОУЛИ
      Правда, условия для братьев окажутся неравными. Впрочем, мы надеемся на вашу порядочность, мистер Мозес.
      МОЗЕС
      В этом можете быть совершенно уверены. Однако если вы так решили, то нам пора.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я готов, мистер Мозес. Хотя нет, не совсем готов. Я ведь должен войти в образ еврея.
      МОЗЕС
      Лучше не надо: этот кредитор - христианин.
      СЭР ОЛИВЕР
      Жаль. Значит, придется ограничиться образом ростовщика. Сэр Питер, мой костюм не слишком вызывающий для такой профессии?
      СЭР ПИТЕР
      Нисколько. Ростовщик может себе позволить даже собственный выезд. Не правда ли, Мозес?
      МОЗЕС
      Да, он таки может себе это позволить.
      СЭР ОЛИВЕР
      Хорошо, а что мне говорить? Есть, наверное, какой-то жаргон и вообще профессиональная специфика...
      СЭР ПИТЕР
      Да не беспокойтесь: чтоб быть ростовщиком, знаний не требуется. Выдвигайте кабальные условия - вот и вся профессиональная специфика. Правда, Мозес?
      МОЗЕС
      Это, конечно, основной пункт.
      СЭР ОЛИВЕР
      Если дело только в этом, я справлюсь. Я заломлю процентов восемь, даже десять, не меньше.
      МОЗЕС
      Что вы! Таким маленьким процентом вы рассекретите себя!
      СЭР ОЛИВЕР
      Вот как! Дьявольщина! А сколько же тогда?
      МОЗЕС
      Это зависит от обстоятельств. Если вы видите, что у клиента нет острой нужды, можно ограничиться процентами сорока-пятьюдесятью. А если положение безвыходное, гешефт может быть и вдвое больше.
      СЭР ПИТЕР
      Хорошенькое дело вы осваиваете на старости лет!
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, неубыточное. Век живи - век учись.
      МОЗЕС
      И при этом не забудьте добавить, что у вас этих денег нет и вы еще должны их занять у друга.
      СЭР ОЛИВЕР
      У друга, значит?
      МОЗЕС
      Причем ваш друг - бессовестный живоглот, но его уже не переделаешь.
      СЭР ОЛИВЕР (смотрит на сэра Питера)
      Мой друг - бессовестный живоглот? Однако!
      МОЗЕС
      Да. Причем он не имеет свободных средств, и ему придется с большим убытком продать свои акции.
      СЭР ОЛИВЕР
      Если он готов для друга продать акции с большим убытком - значит, он не такой уж бессовестный.
      СЭР ПИТЕР
      Кстати, о совести. Было бы полезно подчеркнуть, что должник обязан руководствоваться ею.
      МОЗЕС
      Вернее, чувством долга. В данном случае это синоним совести.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, совесть в гармонии с долговыми обязательствами - это идеально.
      СЭР ПИТЕР
      Вот, сэр Оливер, то есть мистер Премиум, скоро вы овладеете предметом в совершенстве. В этом деле главное - реализм. Мистер Мозес, а может, ему еще немного покритиковать новое законодательство в сфере предпринимательства? Для достоверности.
      МОЗЕС
      Это было бы очень уместно.
      РОУЛИ
      А можно еще посетовать, что молодым людям нельзя заключать сделки до совершеннолетия. Разве для ростовщика это не досадно?
      МОЗЕС
      Для ростовщика очень досадно.
      СЭР ПИТЕР
      А еще можно выразить сожаление, что консерватизм общества ограничивает свободу бизнеса. Нет, какой ужас: неопытным и безалаберным юношам усложняют возможность оказаться в когтях кредиторов и профинтить наследство еще до вступления в права.
      СЭР ОЛИВЕР
      Ну, ладно. Дополнительные инструкции мистер Мозес даст мне по дороге.
      СЭР ПИТЕР
      Дорога не дальняя. Ваш племянник живет совсем рядом.
      СЭР ОЛИВЕР
      Не беспокойтесь: у меня очень компетентный тьютор. Хотя бы Чарльз жил на соседней улице, я сделаюсь грабителем, прежде чем заверну за угол.
      СЭР ОЛИВЕР и МОЗЕС уходят.
      СЭР ПИТЕР
      Теперь сэр Оливер всё увидит воочью. Это хорошо, что мы изменили первоначальный план. А то ведь вы, Роули, чего доброго, открыли его Чарльзу из вашей привязанности к нему.
      РОУЛИ
      Нет, что вы, сэр Питер!
      СЭР ПИТЕР
      Хорошо, притащите мне этого мистера Аспида. Послушаем, что он скажет. Сюда идет Мария. Очень кстати, мне надо поговорить с ней.
      РОУЛИ уходит.
      Я был бы счастлив убедиться, что мои подозрения насчет леди Пилим и Чарльза несправедливы. С моим другом Джозефом мы об этом не говорили. Приходится прибегать к помощи всяких аспидов.
      Входит МАРИЯ.
      Дитя мое, что, мистер Вид с вами?
      МАРИЯ
      Нет, он у него там свои дела.
      СЭР ПИТЕР
      Признайтесь, Мария: чем больше вы общаетесь с этим благовоспитанным молодым человеком, не становится ли вам всё очевиднее, что его отношение к вам заслуживает ответа?
      МАРИЯ
      Действительно, сэр Питер, назойливость этого господина вызывает определенные чувства и заслуживает ответа. Но зачем вы огорчаете меня, сэр Питер, этими постоянными разговорами? Зачем вы принуждаете меня сказать, что я предпочитаю мистера Вида всем молодым людям, которые проявляют внимание ко мне?
      СЭР ПИТЕР
      Мистера Вида! Знаем мы, кого вы имеете в виду. Нет, Мария, это ненормально. Он привлекает вас своими пороками.
      МАРИЯ
      Зачем вы злословите, сэр? Это несправедливо. Вы же знаете: я обещала не видеться и не переписываться с Чарльзом - и держу слово. Я даже согласилась, что он недостоин меня. Однако если здравый смысл велит его осуждать, разве преступление - жалеть его?
      СЭР ПИТЕР
      Хорошо, хорошо, жалейте на здоровье, но руку и сердце отдайте более достойному человеку.
      МАРИЯ
      Только не его брату!
      СЭР ПИТЕР
      Это даже не упрямство, это извращение! Но ничего, милочка: если вы еще не знаете, что такое власть опекуна, я просвещу вас в этом предмете.
      МАРИЯ
      Я скажу только одно: это было бы несправедливо. Согласно воле моего отца, я ради моего блага обязана считать вас его преемником. Но вправе не считать вас таковым, если вы пожелаете составить мое несчастье.
      МАРИЯ с достоинством уходит.
      СЭР ПИТЕР
      Вот интересно: есть ли на свете человек, которому бы противоречили больше, чем мне? Весь свет в заговоре против меня! И двух недель не прошло после моей женитьбы, как ее отец, крепкий и здоровый человек, в одночасье умер, будто единственно ради удовольствия перевалить на меня заботы о его строптивой доченьке! А, вот и моя вторая половина, и, по-моему, в хорошем настроении. Решила осчастливить меня своим присутствием. Если бы она научилась хоть немного уважать меня, мое счастье было бы полным.
      Входит ЛЕДИ ПИЛИМ.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      О, сэр Питер! Надеюсь, вы не ссорились с Марией? Это было бы жестоко - впадать в дурное настроение без моего участия.
      СЭР ПИТЕР
      Леди Пилим, ваше участие могло бы привести меня в доброе настроение. Это в вашей власти.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Правда? Это было бы прекрасно, потому что именно сейчас мне хочется, чтобы вы пришли в доброе настроение. Будьте так добры - подарите мне двести фунтов. Хорошо?
      СЭР ПИТЕР
      Двести фунтов? А почему я не могу быть добрым бесплатно? Впрочем, за доброту приходится расплачиваться. Но когда вы со мной так говорите, я ни в чем не могу вам отказать. Хорошо, вы их получите, но приложите печать к расписке.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Печать? Вот еще! Лучше вы приложитесь к моей руке. (Протягивает ему руку для поцелуя.)
      СЭР ПИТЕР (целует руку)
      Неужели вы после этого станете упрекать меня в скупости? Я вам приготовил еще один подарок. И потом мы оставим наши недоразумения?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Как вам угодно. Я не возражаю, особенно если вы признаете тот очевидный факт, что это - ваши недоразумения.
      СЭР ПИТЕР
      А если мы даже будем о чем-то спорить, то как цивилизованные люди.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Просто удивительно, сэр Питер, как вы обаятельны, когда у вас хорошее настроение. Сейчас вы точь-в-точь такой же милый, как во время сватовства. Помните: мы прогуливались под вязами, и вы рассказывали, каким франтом и бонвиваном были в молодости? А потом, нежно взяв меня за подбородок, спросили, сможет ли мне понравиться старик, который будет меня баловать... Помните?
      СЭР ПИТЕР
      Помню ли я? Вы были такая кроткая и внимательная.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      И, кроме того, я всегда была на вашей стороне, когда мои знакомые злословили о вас и даже высмеивали.
      СЭР ПИТЕР
      Да?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Именно, именно. И когда моя кузина Софи смеялась, что я готова выскочить замуж за того, кто годится мне в отцы, называла вас замшелым педантом и занудой, который будет пилить меня с утра до вечера, я возражала, что внешний вид может быть обманчив и что, в конце концов, вышколить можно кого угодно.
      СЭР ПИТЕР
      Что ж, в своих прогнозах вы не ошиблись. И мы, конечно, будем счастливейшей семейной парой.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      И не будем пилить друг друга с утра до вечера?
      СЭР ПИТЕР
      Ни за что! Зачем же нам друг друга пилить? Но, леди Пилим, вам придется следить за своим темпераментом: ведь во всех наших маленьких перепалках застрельщицей оказывались вы, дорогая.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Ах, дорогой сэр Питер! Я, конечно, прошу прощения, но зачинщиком всегда были вы.
      СЭР ПИТЕР
      Любовь моя, вот вы опять! Будьте осторожнее, душенька: противоречия - не лучший путь к согласию.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Согласитесь, друг мой, что сейчас вы начали первый. Впрочем, как всегда.
      СЭР ПИТЕР
      Вы в своем репертуаре, мое очарование. Ведь вы же всегда говорите то самое, что меня приводит в бешенство!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Моя прелесть, если вы приходите в бешенство безо всяких на то оснований...
      СЭР ПИТЕР
      Вы прямо-таки нарываетесь на грубость!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Не нарываюсь, но что делать, если вы не умеете себя вести!
      СЭР ПИТЕР
      Я?!! И вы заявляете, что я всё это начал?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Только вы. Я, разумеется, не хочу сказать ничего такого, но вы - зануда.
      СЭР ПИТЕР
      Я зануда? А вы просто чудовище!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А вы - именно то самое, что говорила моя кузина Софи.
      СЭР ПИТЕР
      Ваша кузина Софи - просто ведьма.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А вы - ведмедь... То есть, я хотела сказать, медведь. Медведь, медведь, медведь!
      
      [Примечание
      Моё почтение О. Андровской, игравшей эту роль (т.е. леди Тиззл). Эта цитата, конечно, из другой ее роли, не менее знаменитой.]
      
      Как вы смеете злословить о моих родственниках!
      СЭР ПИТЕР
      Чтоб меня поразили все язвы брачной жизни, если я еще раз попробую мириться с вами.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Язвы! Да вы сами - язва.
      СЭР ПИТЕР
      Теперь я понимаю, что вы никогда не ценили меня. А я просто ополоумел, женившись на вас, деревенской вертихвостке, отказавшей всем порядочным людям в округе!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Не-е-ет! Это я очумела, выйдя за старого облезлого ловеласа, до пятидесяти лет остававшегося холостяком только потому, что никто не польстился на такое сокровище.
      СЭР ПИТЕР
      Уй, мадам! Но я, натурально, не понимаю, почему вы тогда слушали меня как зачарованная. А, по-видимому, у вас еще не было таких блестящих поклонников.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Не было? Ха-ха-ха! А разве я не отказала мистеру Терьеру? Вы сами признавали его лучшей партией. Его поместье было не хуже вашего, да он еще и сломал шею вскоре после нашей свадьбы.
      СЭР ПИТЕР
      Мадам, между нами не может быть ничего общего! Какая же вы бессердечная и неблагодарная! Всему есть предел, но ваша развращенность безгранична! О, мадам, теперь я верю тому, что говорят относительно вас и Чарльза. Да, мадам! Относительно вас и Чарльза. И с полным основанием, мадам.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Осторожнее, сэр Питер! Не играйте с огнем. Я не могу допустить несправедливых обвинений. Лучше я сделаю их справедливыми.
      СЭР ПИТЕР
      Отлично, мадам! Отлично! Я предлагаю раздельное проживание - пожалуйста, когда вам будет угодно! Да, мадам. Или развод. И пусть мой печальный пример послужит спасению всех старых холостяков. Давайте разведемся, мадам.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Да согласна я, согласна. Вот видите, дорогой сэр Питер, мы и пришли к согласию. Значит, снова имеем все основания считать себя счастливейшей семейной четой и больше никогда не ссориться. Ха-ха-ха! Я вижу, вы снова начинаете закипать. Ну, не буду мешать, и потому ухожу, ухожу, ухожу.
      ЛЕДИ ПИЛИМ уходит, напевая.
      СЭР ПИТЕР
      Чума! Я не могу даже вывести ее из равновесия! Что ж я за несчастный человек! Ну, уж нет. Я не дам ей верховодить. Пусть меня сразит удар, но я не позволю ей оставаться невозмутимой!
      Уходит.
      
      Сцена вторая.
      Дом ЧАРЛЬЗА ВИДА.
      Входят ТРИП, МОЗЕС и СЭР ОЛИВЕР.
      
      ТРИП
      Прошу вас, мистер Мозес. Минуточку, я сейчас спрошу хозяина... Как зовут джентльмена?
      СЭР ОЛИВЕР
      Мистер Мозес, как меня зовут?
      МОЗЕС
      Мистер Премиум.
      ТРИП
      Очень хорошо - мистер Премиум.
      ТРИП нюхает табак и выходит.
      СЭР ОЛИВЕР
      По слугам не заметно, что хозяин бедствует. Однако... Это в самом деле дом моего брата?
      МОЗЕС
      Таки да, мистер Чарльз выкупил его у мистера Джозефа вместе со всей обстановкой и картинами - точно в таком виде, как было при старом хозяине. Сэр Питер находил это очень неразумным.
      СЭР ОЛИВЕР
      Зато это было очень разумным со стороны Джозефа - сорвать куш с отцовского дома.
      Возвращается ТРИП.
      ТРИП
      Мистер Вид сейчас с вами говорить не может. У него гости, он просит вас подождать.
      СЭР ОЛИВЕР
      Если бы он знал, кто его желает видеть, он не дал бы такого ответа!
      ТРИП
      Нет, он знает. Как же я мог не сказать про малыша Премиума!
      СЭР ОЛИВЕР
      Кого?!!
      ТРИП
      Малыша.
      СЭР ОЛИВЕР
      Очень хорошо, мистер... Как вас зовут?
      ТРИП
      Трип, к вашим услугам.
      СЭР ОЛИВЕР
      А что, мистер Трип, вашему хозяину редко приходится бывать в одиночестве?
      ТРИП
      Очень редко, сэр. Это ведь только злые люди болтают о нем всякие гадости, а вообще никого так не любят, как его. Он почти никогда не садится за стол без свиты из десятка приятелей.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я полагаю, вы здесь неплохо устроились?
      ТРИП
      А то! Нас здесь четверо слуг, живем - не тужим, бар не хуже. Конечно, не жирно - пятьдесят фунтов в год, да и те с задержкой. А всякие там портмоне или бутоньерки - это уж за свой счет.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Бутоньерки?!! Батогов вам! Шпицрутенов!
      ТРИП
      Кстати, мистер Мозес, у меня к вам просьба: не могли бы вы учесть вот этот векселечек со скидочкой?
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Ну, надо же! И этот якшается с ростовщиками! Вот уж действительно: живем - не тужим, бар не хуже! Столько же денег и столько же форсу.
      МОЗЕС
      Уверяю вас, мистер Трип, это невозможно.
      ТРИП
      Вот тебе и здрастье! Вы меня удивляете. Мой приятель Лис на нем расписался, а если в наличии подпись - это всё равно что наличные.
      МОЗЕС
      Нет, таки это две большие разницы.
      ТРИП
      Но ведь сумма пустяковая - всего-то двадцать фунтов. А не могли бы вы мне ссудить их под проценты?
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Я не могу! Слуга занимает деньги под проценты! Широкая натура!
      МОЗЕС
      А кто будет вашим поручителем?
      ТРИП
      Вы же знаете моего хозяина...
      МОЗЕС
      О да!
      ТРИП
      Никто так не держит фасона и никто не меняет свою внешность так легко. Разве такой хозяин не гарантирует прочность моего положения?
      МОЗЕС
      Да, это очень убедительно... Однако вы должны застраховать свою должность.
      ТРИП
      Охотно! И должность, и жизнь, если необходимо.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Ну, за его шею я не поручусь.
      МОЗЕС
      А нет ли чего-нибудь в залог?
      ТРИП
      Ничего особенного. Из гардероба моего хозяина (то, что он нам дарил), мы почти всё уже сплавили. Впрочем, я мог бы вам предложить кое-что из его зимней одежды с правом выкупа до ноября. Имеется также синий камзол французского бархата, с серебром, и несколько пар брабантских манжет. Всё это можно передать вам после его смерти. Ну, что, малыш Мозес, это подойдет?
      МОЗЕС
      Хорошо, хорошо. Это мы обсудим позже. Но мы задерживаем мистера...
      СЭР ОЛИВЕР
      Нет, нет, умоляю: дайте мне еще поговорить с мистером Трипом. Это очень познавательно.
      ТРИП
      О, звонок! Теперь можно пройти к нему, господа. Не забудьте о нашем дельце, Мозес.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Если правда, что слуга - тень своего господина, этот дом - просто капище разгула!
      Уходят.
      
      Сцена третья.
      Дом ЧАРЛЬЗА ВИДА.
      ЧАРЛЬЗ ВИД, АРИСТИПП и другие за столом.
      
      ЧАРЛЬЗ
      Что верно, то верно. Мы живем в какую-то эпоху деграданса. Мы знаем многих людей вышколенных и благопристойных, с приличными манерами, светским лоском и даже образованием, но, чтоб их поразила чума, совершенно никчемных.
      АРИСТИПП
      Точно! Они не отказывают себе ни в чем, но шарахаются от вина и веселья. Их общество совершенно несносно. Еще недавно за бокалом бургундского беседа фонтанировала остроумием, как шампанское, а эти унылые софисты превращают ее вино в минеральную воду Спа, в которой много пены и нет ни вкуса, ни души.
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Что делать, если они вину предпочитают игры!
      АРИСТИПП
      Они вообще играют по любому поводу. Например, сэр Гарри играет в диету и ратует за строгий режим.
      ЧАРЛЬЗ
      Тем хуже для него. Это примерно то же, что тренировать лошадь для дерби и морить ее голодом. Что до меня, то я чувствую себя лучше всего в состоянии легкого опьянения. После шампанского я никогда не в убытке. Во всяком случае, убытки отсутствуют в моих чувствах - а, следовательно, и в реальности. Это одно и то же.
      ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Но это невозможно. Вы бы еще сказали, что игры и вино - одно и то же. Или что любовь и политика - одно и то же.
      ЧАРЛЬЗ
      А разве так не бывает? Разве Цезарь не занимался и любовью, и законодательством? И, в свою очередь, был любим и сенатом, и женщинами, и мужчинами - я разумею сенаторов - а вы что подумали? Что же касается вина и любви, то, по моему мнению, кто изменяет вину, тот и в любви ненадежен. In vino veritas: это проверка для сердца любовника. Осушите дюжину фужеров за двенадцать красавиц - и та, которая всплывет в вашем сердце, и есть ваша чаровница.
      АРИСТИПП
      А кто ваша чаровница, Чарльз?
      ЧАРЛЬЗ
      Я пощажу ее репутацию из сострадания к вам, господа. Если я провозглашу тост за нее, вам придется пить круговую за женщин, равных ей, но таких не существует. На земле, по крайней мере.
      АРИСТИПП
      А мы поищем среди весталок или хоть языческих богинь и, я уверен, найдем.
      ЧАРЛЬЗ
      Что ж, тогда наливайте бокалы! Ах вы, охальники! Бокалы! За Марию! За Марию!
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      А фамилия?
      ЧАРЛЬЗ
      К черту фамилию! Это канцелярский стиль, не подходящий для календаря Любви. А сейчас, Аристипп, берегитесь! Ваша очередь назвать совершенно необыкновенную женщину.
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Не смущайтесь, Аристипп. Мы поддержим ваш тост, даже если ваша леди окажется одноглазой. У нас даже есть анакреонтическая песня для оправдания.
      АРИСТИПП
      Да, есть такая. Что ж, красавицы не будет, но будет песня.
      (Поет)
      Живи, забот не зная,
      Полнее наливай!
      Компания такая,
      Что просто ай-ай-ай!
      
      Ты должен устыдиться,
      Коль с нами ты не пьешь
      За юную девицу
      И за вдовицу тож.
      
      Пусть будет скромной, тихой,
      Застенчивой всегда,
      А хоть и щеголихой -
      Какая в том беда?
      
      Ее не судим строго,
      Коль женщина весьма
      Изящна, легконога,
      А хоть бы и хрома.
      
      Из них любая всё же
      Найдет в тебе раба,
      Когда с атласной кожей,
      А хоть бы и ряба.
      
      И мы влечемся к даме
      Со взором неземным,
      С лазурными глазами
      А хоть бы и с одним.
      
      Мы не посмотрим хмуро,
      Коль с придурью она:
      Ведь женщина не дура,
      Хотя бы не умна.
      
      Еще хочу сказать я,
      Что должно всем открыть
      И сердце, и объятья
      И можно всех любить.
      
      Хор:
      Давайте же без меры
      Им воздавать хвалы!
      Все кошки ночью серы,
      Все женщины - Венеры,
      И если не мегеры -
      То все они милы.
      
      ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Браво! Прекрасный тост и прекрасная вакхическая песня!
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Да, ее идея - терпимость.
      Входит ТРИП.
      ЧАРЛЬЗ
      Господа, простите, я вас должен ненадолго оставить. Займите председательское кресло, Аристипп.
      АРИСТИПП
      А надо ли, Чарльз? Кто отрывает вас от нашего общества? Какая-нибудь из ваших бесподобных красавиц случайно залетела... к вам на огонек?
      ЧАРЛЬЗ
      Нет, еврей с брокером - и отнюдь не случайно. Им было назначено.
      АРИСТИПП
      Вот досада! Ну, так зовите сюда еврея!
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      И брокера, во что бы то ни стало.
      ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Да, еврея и брокера.
      ЧАРЛЬЗ
      Отлично. Трип, попросите джентльменов войти. Второго из них я не знаю.
      ТРИП
      Его зовут мистер Премиум.
      ТРИП уходит.
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Премиум - это хорошо.
      АРИСТИПП
      Да, Премиум... Слушайте, Чарльз, угостите их шампанским: может, они станут добрее.
      ЧАРЛЬЗ
      Нет, черт побери. Вино проявляет человеческую сущность. Если их напоить, их любостяжание выявится в чистом виде.
      Входят ТРИП, СЭР ОЛИВЕР и МОЗЕС.
      Пожалуйста, проходите, почтенный мистер Мозес. Прошу вас, мистер... Премиум. Я правильно говорю, Мозес?
      МОЗЕС
      Да, сэр.
      ЧАРЛЬЗ
      Кресла, Трип. Садитесь, господа. Бокалы, Трип. Мистер Премиум, тост: за ростовщиков! Мозес, налейте джентльмену полный бокал.
      МОЗЕС
      За ростовщиков! (Пьет)
      АРИСТИПП
      Ростовщики - люди не только заслужённые, но и заслуживающие многого.
      СЭР ОЛИВЕР
      За всё, чего они заслуживают. (Пьет)
      ЧАРЛЬЗ
      Мы не знакомы с мистером Премиумом, но, я полагаю, мы узнаем друг друга получше.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я тоже на это надеюсь, сэр. (В сторону) Ты и не представляешь, насколько.
      АРИСТИПП
      Нет, мистер Премиум, так не пойдет. Тостуемый пьет не меньше пинты.
      ПЕРВЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Не меньше!
      МОЗЕС
      Помилуйте, сэр! Мистер Премиум - джентльмен!
      АРИСТИПП
      И поэтому знает толк в хорошем вине.
      ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
      Налейте Мозесу кварту - в наказание за неуважение к председательствующему.
      АРИСТИПП
      Давайте, давайте, подчиняйтесь. Я буду защищать наш устав до последней капли вина.
      СЭР ОЛИВЕР
      Джентльмены, прошу вас. Я не был готов к такому обороту.
      ЧАРЛЬЗ
      Черт побери, хватит, оставьте его. Мистер Премиум - не наш человек.
      СЭР ОЛИВЕР (про себя)
      Да уж! Думаю, что им и останусь.
      АРИСТИПП
      Ну, и ляд с ними! Не хотят быть с нами - тогда и мы удалимся от них. Идемте в соседнюю комнату, сыграем в кости. Чарльз, кончайте с этими джентльменами и присоединяйтесь к нам.
      СЭР ОЛИВЕР
      Ладно, ладно. Аристипп, а вас я прошу потом подойти. Вы можете понадобиться.
      АРИСТИПП
      Всегда готов вам служить.
      ГОСТИ уходят.
      МОЗЕС
      Сэр, мистер Премиум - человек безупречной деловой репутации, заслуживающий абсолютного доверия. Мистер Премиум твердо держит слово. Мистер Премиум...
      ЧАРЛЬЗ
      Довольно церемоний. Сэр, мой друг Мозес - честный малый, но излишне многословный. Если мы ему предоставим и дальше рекомендовать нас друг другу, он может целый час перечислять наши титулы. Мистер Премиум, суть в следующем: я - человек молодой и безрассудный, не имею денег и хочу их занять; вы - благоразумный старикан, имеете деньги и можете их одолжить. Вам нужен дурак, согласный занять их под пятьдесят процентов, а я - именно такой дурак и есть. Считайте, что представление состоялось, и приступим к делу.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, откровенно. Я вижу, вы не любитель комплиментов.
      ЧАРЛЬЗ
      А к чему лишние слова? Дело есть дело.
      СЭР ОЛИВЕР
      Вы мне положительно нравитесь! Но вы немного заблуждаетесь. У меня свободных денег нет, но я бы мог их занять у друга. Однако мой друг - как это, Мозес? - бессовестный живоглот, но...
      МОЗЕС
      ... его уже не переделаешь.
      СЭР ОЛИВЕР
      ... его уже не переделаешь. И, чтобы выручить деньги, ему придется продать акции. По-моему, так, Мозес?
      МОЗЕС
      Чтоб вы так были здоровы, как вы говорите правду.
      ЧАРЛЬЗ
      Да, говорить правду - полезно для здоровья. Но не будем отвлекаться на эти околичности, мистер Премиум. Я знаю, где бывает бесплатный сыр.
      СЭР ОЛИВЕР
      То есть, моё предложение вы мышеловкой не считаете? Хорошо. Но под какую гарантию вы намерены взять деньги? Насколько я понимаю, земли у вас нет?
      ЧАРЛЬЗ
      Ни пяди, ни пылинки. Разве что в вазонах.
      СЭР ОЛИВЕР
      И никакого движимого имущества?
      ЧАРЛЬЗ
      Разве что движущееся - несколько пойнтеров и пони. Однако, мистер Премиум, вы знаете кого-нибудь из моих родственников?
      СЭР ОЛИВЕР
      Знаю, но, по правде говоря, очень мало.
      ЧАРЛЬЗ
      Но вам наверняка известно, что у меня есть дядюшка в Ост-Индии - сэр Оливер Вид. Богат как черт. И я очень надеюсь на него.
      СЭР ОЛИВЕР
      Про вашего богатого дядюшку я наслышан. Но не преувеличиваете ли вы свои надежды?
      ЧАРЛЬЗ
      Нисколько! Мне говорили, что я его любимчик и он обещал оставить мне всё, когда помрет.
      СЭР ОЛИВЕР
      Однако! Впервые слышу об этом.
      ЧАРЛЬЗ
      Так оно и есть. Мозес это знает наверняка. Правда, Мозес?
      МОЗЕС
      О, да! Готов подтвердить под присягой.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Ей-богу, они еще начнут уверять меня в том, что я сейчас в Бенгалии!
      ЧАРЛЬЗ
      Так вот, мистер Премиум, если вам это подойдет, я вам выдам вексель под ожидаемое наследство от сэра Оливера. Хотя старик всегда был так щедр ко мне, что, даю вам слово, мне было бы жаль узнать, что он - того...
      СЭР ОЛИВЕР
      И мне было бы жаль. Но как раз это - не самое удачное обеспечение. Ведь я могу дотянуть хоть до ста лет, но денег своих так и не увидеть.
      ЧАРЛЬЗ
      Отчего же? Приходите после смерти сэра Оливера - и всё получите.
      СЭР ОЛИВЕР
      Боюсь, после его смерти я явился бы вам в таком виде, что вы бы содрогнулись.
      ЧАРЛЬЗ
      Я понимаю вашу иронию. Вы опасаетесь, что сэр Оливер вас переживет?
      СЭР ОЛИВЕР
      Признаться, не очень. Хотя, по моим сведениям, сэр Оливер бодрее и здоровее любого своего сверстника в подлунном мире.
      ЧАРЛЬЗ
      Ваши сведения устарели. Нет, нет, тропический климат пагубно сказался на здоровье бедного дяди Оливера. Мне говорили, что он хиреет на глазах и уже так изменился, что стал совершенно неузнаваемым даже для ближайших родственников.
      СЭР ОЛИВЕР
      Нет, в самом деле? Ха-ха-ха! Неузнаваемым для ближайших родственников! В самую точку! Ха-ха-ха!
      ЧАРЛЬЗ
      Вы как-то слишком обрадовались, Премиум!
      СЭР ОЛИВЕР
      Нет, нет! Чему тут радоваться!
      ЧАРЛЬЗ
      Ну, как же! Шансы вернуть долг возрастают.
      СЭР ОЛИВЕР
      Но я слышал, он едет сюда. Говорят, уже и приехал.
      ЧАРЛЬЗ
      Не может быть. Я-то должен это знать лучше. Даже не сомневайтесь, он в этот самый момент находится в Калькутте. Не так ли, Мозес?
      МОЗЕС
      О, да!..
      СЭР ОЛИВЕР
      Вы совершенно справедливо заметили, что должны это знать лучше. Но мои сведения самые верные. Не так ли, Мозес?
      МОЗЕС
      Да, несомненно.
      СЭР ОЛИВЕР
      Однако, сэр, я понимаю, что несколько сот фунтов вам нужны незамедлительно. Неужели у вас нет ничего для продажи?
      ЧАРЛЬЗ
      А именно?
      СЭР ОЛИВЕР
      Я слышал, после вашего отца осталось немало ценных старинных сервизов.
      ЧАРЛЬЗ
      Они давно уже сплыли. Мозес подтвердит.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Господи! Все фамильные призы на скачках и все подарки от корпораций! (Вслух) А еще его библиотека славилась множеством раритетов.
      ЧАРЛЬЗ
      Да, но этих несметных сокровищ было слишком много для одного приватного человека. И мне, с моим общительным характером, было совестно не поделиться ими.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Боже помилуй! В роду, традиционно почитавшем образованность! (Вслух) И что сталось с этими книгами?
      ЧАРЛЬЗ
      Этого не сказал бы даже всезнающий мистер Мозес. Разве что аукционист.
      МОЗЕС
      Точно. Насчет книг я не осведомлен.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да... Значит, из фамильных ценностей не осталось совсем ничего?
      ЧАРЛЬЗ
      Почти. Может, вы ценитель живописи? У меня наверху полным-полно изображений пращуров. Если вы любите старые картины, я вам их продам по сходной цене.
      СЭР ОЛИВЕР
      Дьявольщина! Нет, вы не станете торговать своими предками!
      ЧАРЛЬЗ
      Отчего же? Продам любого из них тому, кто больше заплатит.
      СЭР ОЛИВЕР
      Как? Ваших дедушек и бабушек?
      ЧАРЛЬЗ
      А заодно и прадедушек с прабабушками в придачу.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Он мне больше не родственник. (Вслух) Три тысячи чертей! Да неужели для вас нет ничего святого? Дожили! Я вам, что, Шейлок, дающий ссуду под вашу плоть и кровь!
      ЧАРЛЬЗ
      Не гневайтесь, милейший брокер. Какая вам разница, если вы за деньги получите товар?
      СЭР ОЛИВЕР
      Хорошо, я их куплю. Думаю, что я смогу распорядиться этими полотнами. (В сторону) Этого я ему никогда не прощу, никогда.
      Возвращается АРИСТИПП.
      АРИСТИПП
      Что вы застряли, Чарльз? Идите к нам.
      ЧАРЛЬЗ
      Пока не могу. У нас сейчас наверху состоятся торги. Мистер Премиум покупает моих предков.
      АРИСТИПП
      Да в огонь этих ваших предков!
      ЧАРЛЬЗ
      Ну уж нет. В огонь он их отправит сам, если ему заблагорассудится. Вы нам понадобитесь - будете за председателя торгов. Идемте с нами.
      АРИСТИПП
      А что! С нашим удовольствием. Тоже мне великое искусство - стучать молоточком! Иду, иду!
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Ах, паскудники!
      ЧАРЛЬЗ
      А вы, Мозес, сыграете роль оценщика, буде таковой понадобится. Дражайший Премиум, что вы как будто ежа проглотили? Вам не по вкусу это дельце?
      СЭР ОЛИВЕР
      Да нет, дельце... хорошенькое. Ха-ха-ха! Да, да, я теперь начинаю проникаться. Это очень экзотично - целую семью с молотка. Ха-ха-ха! (В сторону) Вот стрекулист!
      ЧАРЛЬЗ
      Черт возьми! Когда человеку деньги нужны до зарезу, где их взять, если не доить своих родственников!
      ЧАРЛЬЗ, АРИСТИПП и МОЗЕС уходят.
      СЭР ОЛИВЕР
      Нет, такого простить нельзя! Никогда, никогда. Никогда.
      Уходит.
      
      АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ
      Сцена первая.
      Портретная галерея ЧАРЛЬЗА ВИДА.
      Входят ЧАРЛЬЗ, СЭР ОЛИВЕР, МОЗЕС и АРИСТИПП.
      
      ЧАРЛЬЗ
      Входите, это здесь. Вот вам полный обзор славного рода Видов - от норманнов до наших дней.
      СЭР ОЛИВЕР
      По-моему, прекрасная галерея.
      ЧАРЛЬЗ
      Да, это настоящее мастерство, самая суть живописи, без манерности и лживой выразительности. Это не творения современных копировщиков Рафаэля. У таких портретов много сходства с оригиналом - и нет ничего общего с ним. Совершенство этих созданий в том, что они совершенно не имеют отношения к человеку, на них изображенному. Нет, мои картины не таковы: они обладают кондовым сходством с моделями - такие же чопорные и массивные. Они так сильно выражают человеческую природу, которая сводится к этим качествам.
      СЭР ОЛИВЕР
      Таких людей мы уже не увидим.
      ЧАРЛЬЗ
      Очень надеюсь. А согласитесь, мистер Премиум, я образцовый семьянин, ибо провожу время в кругу семьи. Ну-с, господин аукционист, пожалуйте на свое место. Вот вполне годное кресло моего покойного дедушки, хотя у него подагра.
      СЭР ОЛИВЕР (с ужасом)
      У кого?
      ЧАРЛЬЗ
      У кресла.
      АРИСТИПП
      Да, оно годится. Но где же молоток? Нельзя же аукционисту без молотка.
      ЧАРЛЬЗ
      Точно, точно. А это что у нас за свиток? О, это же наша генеалогия. Вот, Аристипп, чем не молоток, хотя из пергамента. Это не дерево, а древо - чувствуете разницу? Эффектная идея: прихлопнуть предков их же родословной!
      СЭР ОЛИВЕР
      Я в восторге! Это что-то запредельное: убивать предков, пребывающих на том свете!
      АРИСТИПП
      Да, да! Полный список ваших праотцев. Эта штуковина просто идеально подходит для наших целей. У нее может быть двойное назначение: и молотка, и каталога товаров. Итак, начинаем. Продается, продается, продается!
      ЧАРЛЬЗ
      Браво, Аристипп! Приступаем. Вот мой дядя - сэр Ричард Равелин. Бравый был генерал, будьте уверены. Участвовал во всех кампаниях герцога Мальборо, а этот шрам над глазом получил при Мальплаке. Что скажете, мистер Премиум? Герой! Не то что нынешние паркетные офицерики. Не общипанный, не стриженый, а в парике и парадном мундире, со всеми регалиями, как подобает генералу. Ваша цена?
      СЭР ОЛИВЕР (Мозесу, тихо)
      Пусть сам назначит.
      МОЗЕС
      Мистер Премиум предпочел бы, чтоб вы сами назначили цену.
      ЧАРЛЬЗ
      Хорошо, пусть берет за десять фунтов. Полагаю, что для штаб-офицера цена не слишком завышена.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      О небо! Его знаменитого дядю Ричарда за десять фунтов! (Вслух) Я согласен.
      ЧАРЛЬЗ
      Аристипп, ударьте по дядюшке. А на этом холсте его целомудренная сестра, моя двоюродная тетушка - мисс Дебора, в образе пастушки. Портрет кисти Неллера, считается одним из его шедевров. Признано, что художник добился воистину ужасающего сходства с натурой. Берите его за пять фунтов десять шиллингов: за овечек - в самый раз.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Бедная Дебора! Она-то всегда была уверена, что знает себе цену! (Вслух) Беру за пять фунтов десять шиллингов.
      ЧАРЛЬЗ
      Удар по тетушке Деборе. А это два ее каких-то кузена. Видите, Мозес, портреты написаны в те баснословные времена, когда леди носили натуральные волосы, а денди - накладные.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, прически в то время были не такими пышными.
      ЧАРЛЬЗ
      Уступаю этих двоих по той же цене.
      СЭР ОЛИВЕР
      Это недорого.
      ЧАРЛЬЗ
      Аристипп! А это дед моей матушки, ученый судья, знаменитый в западном округе. Во сколько вы оцените судью, Мозес?
      МОЗЕС
      В четыре гинеи.
      ЧАРЛЬЗ
      Что, четыре гинеи? Да его парик больше стоит! Из почтения к судейскому креслу - пятнадцать фунтов.
      СЭР ОЛИВЕР
      Со всей охотой.
      АРИСТИПП
      Правосудие продано.
      
      [Примечание
      Разумеется, это из "Двенадцати стульев". В моих переложениях обеих пьес Шеридана вообще много отсылок к И. Ильфу и Е. Петрову. Впрочем, эта цитата не из их романа, а из фильма Л. Гайдая. Явных и скрытых цитат из культовых фильмов, а также песен у меня тоже немало.]
      
      ЧАРЛЬЗ
      А это его братья - Уильям и Уолтер Бланты, эсквайры. Члены парламента и, по общему признанию, блестящие ораторы. И, что удивительно, они до сих пор не продавались, но мы же это исправим?
      СЭР ОЛИВЕР
      И в самом деле удивительно. Что ж, исправим. Назначьте сами цену этим почтенным парламентариям.
      АРИСТИПП
      Хорошо, уважаемый Премиум. Я прихлопну их за сорок.
      ЧАРЛЬЗ
      А вот этот добродушный малый - не знаю, кем он приходится мне, - был мэром Норвича. Берите его за восемь фунтов.
      СЭР ОЛИВЕР
      Восемь за мэра? Многовато. Шести хватит за глаза.
      ЧАРЛЬЗ
      Ладно, давайте шесть, а я в довесок дам двух олдерменов.
      СЭР ОЛИВЕР
      Они мои.
      ЧАРЛЬЗ
      Аристипп, молоточком по мэру и двум олдерменам. Но, черт дери, с этой розницей мы целый день проваландаемся. Давайте оптом - согласны, милейший Премиум? Всех скопом за триста фунтов.
      АРИСТИПП
      Ага, гуртом - самое милое дело.
      СЭР ОЛИВЕР
      Что ж, если вам так удобнее - беру. Но вы всё время обходили один портрет.
      АРИСТИПП
      Какой, интересно? Вот это чучело, что висит над козеткой?
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, сэр. Хотя... неужели это уж такое чучело?
      ЧАРЛЬЗ
      А это и есть тот самый дядя Оливер. Еще до отъезда в Индию.
      АРИСТИПП
      Так вот это он и есть? Вот этот старый хрыч? Ну, Чарльз, не повезло вам с родственником. Будьте уверены - я кое-что смыслу в физиогномике. Такого мордоворота я еще не видал. Не будет вам никакого наследства. Вы только посмотрите, мистер Премиум, какая отвратительная рожа.
      СЭР ОЛИВЕР
      Признаться, я не нахожу это лицо хуже других в этой комнате - живых или нарисованных. В общем, сэр Оливер пойдет вместе с прочей ветошью?
      ЧАРЛЬЗ
      Нет, не пойдет. Старый Нолль был добр ко мне, и, честное слово, я не расстанусь с ним, пока у меня будет угол, чтобы его повесить.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Да, этот обалдуй - все-таки моя кровь. (Громко) А мне, сэр, этот портрет приглянулся больше всех.
      ЧАРЛЬЗ
      Очень жаль, сэр, потому что он-то вам и не достанется - однозначно. Зачем он вам? Разве мало остальных?
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Я тебя прощаю. (Громко) Но, сэр, если мне втемяшится в голову какая-нибудь блажь, я не постою за ценой. Я заплачу за эту мазню столько же, сколько за всё остальное.
      ЧАРЛЬЗ
      Не искушайте меня, господин брокер. Портрет не продается - и точка.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Вот шалопай! Вылитый отец. Как же я раньше не замечал этого? (Громко) Хорошо, не буду. Вот чек на причитающуюся вам сумму.
      ЧАРЛЬЗ
      Простите, но тут написано: восемьсот фунтов.
      СЭР ОЛИВЕР
      Всё правильно. Вы уступаете дядю Оливера?
      ЧАРЛЬЗ
      Да нет же! Категорически - нет и нет!
      СЭР ОЛИВЕР
      Вот за это. А насчет разницы - я вам потом объясню. Скрепим нашу сделку рукопожатием. Вы порядочный человек, Чарльз. Простите мне эту сентиментальность. Идемте, Мозес.
      ЧАРЛЬЗ
      Ей-богу, чудной старик! Послушайте, мистер Премиум, а вы сможете предоставить всем этим особам достойную квартиру?
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, да, я пришлю за ними через день-два.
      ЧАРЛЬЗ
      Только пришлите карету пороскошнее. Большинство из них при жизни разъезжали цугом.
      СЭР ОЛИВЕР
      Пришлю за всеми, кроме дядюшки Оливера.
      ЧАРЛЬЗ
      Да, кроме этого набоба.
      СЭР ОЛИВЕР
      Вы не передумаете?
      ЧАРЛЬЗ
      Ни за что.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Вот балбес! Но симпатичный. (Вслух) До свидания. Идемте, Мозес. И его еще называют расточителем!
      СЭР ОЛИВЕР и МОЗЕС уходят.
      АРИСТИПП
      Такого эксцентричного брокера я еще не встречал.
      ЧАРЛЬЗ
      Это просто король брокеров! Мозес - сам дьявол, если он нашел такого славного человека. А, вот и Роули. Ступайте, Аристипп, скажите, что я приду через несколько минут.
      АРИСТИПП
      Ладно. Только не позвольте этому старому дурню толкнуть вас на порочный путь. А то еще, чего доброго, он уговорит вас вернуть несколько застарелых долгов. Только не это. Процентщики - алчный народ.
      ЧАРЛЬЗ
      Совершенно верно. Им платить - только развращать их еще больше.
      АРИСТИПП
      Вот именно: только развращать.
      ЧАРЛЬЗ
      За меня можете не беспокоиться.
      АРИСТИПП уходит.
      Да, интересный старик. Что ж, две трети этой суммы - что-то около пятисот тридцати фунтов - я могу оставить себе. Клянусь небом, родственные связи - ценность гораздо большая, чем я мог предположить. Досточтимые леди и джентльмены, я у вас в неоплатном долгу! (Кланяется портретам)
      Входит РОУЛИ.
      О, мистер Роули! Вы пришли как раз вовремя, чтобы проститься со своими старыми знакомыми.
      РОУЛИ
      Да, я уже слышал: они переезжают. Но я не могу понять: чему вы радуетесь в вашем плачевном положении?
      ЧАРЛЬЗ
      Да именно поэтому. Если хандра и так налицо, зачем мне ее усугублять? Вот когда бы я стал лордом, тогда сплин был мне к лицу. По идее, меня должна печалить потеря стольких родственников сразу, но... Вы же сами видите: они расстаются со мной - и ни одной черточки в лице не дрогнет. А я что - лучше их?
      РОУЛИ
      Нет, вы неисправимы. Вы не способны быть серьезным даже минуту.
      ЧАРЛЬЗ
      Нет, почему же? Говорю вам совершенно серьезно, честный мистер Роули: пожалуйста, обналичьте этот чек и сто фунтов пошлите старому Стенли.
      РОУЛИ
      Сто! Простите, но...
      ЧАРЛЬЗ
      Вот именно. Я сам в долгах. И если вы не поспешите, явится кто-нибудь из моих кредиторов. А бедному Стенли эти деньги нужнее, чем ему.
      РОУЛИ
      Вы верны себе. Но и я, извините за назойливость, повторю старую сентенцию...
      ЧАРЛЬЗ
      "Сначала справедливость, милость - потом". Но я устроен по-другому. Справедливость у меня - колченогая кляча, которая не поспевает за милостью.
      РОУЛИ
      Чарльз, поверьте мне: если бы вы подумали хоть час...
      ЧАРЛЬЗ
      Всё это справедливо, мистер Роули, но я буду отдавать, пока у меня есть, что отдать. И ко всем чертям вашу политэкономию. А сейчас возвращаемся к игре.
      
      Уходят.
      Сцена вторая.
      Дом ЧАРЛЬЗА ВИДА.
      Входят СЭР ОЛИВЕР и МОЗЕС.
      МОЗЕС
      Вот, сэр, сбылось предсказание сэра Питера: вы увидели мистера Чарльза во всем великолепии. Очень жаль, что он такой вертопрах.
      СЭР ОЛИВЕР
      Но меня он не продал.
      МОЗЕС
      И такой сумасброд.
      СЭР ОЛИВЕР
      Но меня он не продал.
      МОЗЕС
      Да еще игрок.
      СЭР ОЛИВЕР
      Но меня он не продал. А вот Роули.
      Входит РОУЛИ.
      РОУЛИ
      Значит, сэр Оливер, вы купили...
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, наш юный обормот отделался от своих предков - судей и генералов, - будто от рухляди.
      РОУЛИ
      И вот я, по его поручению, должен отдать вам сто фунтов - то есть не вам, а терпящему бедствия старику Стенли.
      МОЗЕС
      Вот жалость - эта его окаянная жалость!
      РОУЛИ
      У него в гостиной чулочник и двое портных. Я не сомневаюсь, что он им заплатить не сможет, хотя этой суммы хватило бы.
      СЭР ОЛИВЕР
      Не беспокойтесь: его долги я уплачу сам. А теперь я перевоплощаюсь в Стенли для представления перед старшим братом.
      РОУЛИ
      Только еще рано. У него как раз сейчас должен быть сэр Питер.
      ТРИП
      Извиняюсь, господа, что не указал вам на дверь... В смысле: где выход. Мозес, можно вас на пару слов?
      ТРИП и МОЗЕС уходят.
      СЭР ОЛИВЕР
      Ай да сукин сын! Представляете: мы только пришли - а этот пройдоха, нет чтобы отвести еврея к своему хозяину - сам его взял в оборот: хотел занять денег.
      РОУЛИ
      Что вы говорите!
      СЭР ОЛИВЕР
      Да. Они сейчас обсуждают ссуду под залог годового дохода. Что делается, мистер Роули! Раньше слуги довольствовались слабостями своих господ, как платьем с их плеча, а сейчас - перенимают их пороки, будто донашивают за ними парадные костюмы, и с таким же щегольством!
      Уходят.
      
      Сцена третья.
      Библиотека в доме ДЖОЗЕФА ВИДА.
      Входят ДЖОЗЕФ ВИД и СЛУГА.
      
      ДЖОЗЕФ
      Не было письма от леди Пилим?
      СЛУГА
      Нет, сэр.
      ДЖОЗЕФ (про себя)
      Странно. Если она не может прийти, почему не дала знать? Конечно, сэр Питер не подозревает ничего такого - куда ему! Но потерять выгодную партию из-за отношений с его женой - это не входит в мои планы. Хотя мне служат защитой беспутство Чарльза и его плохая репутация.
      Стук.
      СЛУГА
      Сэр, это, должно быть, леди Пилим.
      ДЖОЗЕФ
      Погоди. Сначала посмотри, кто там, а потом отворяй. Если это мой братец, я скажу, что делать.
      СЛУГА
      Сэр, это ее светлость. Она всегда оставляет носилки на соседней улице, возле модного салона.
      ДЖОЗЕФ
      Не спеши. Поставь экран возле окна, а то напротив проживает излишне любознательная старая дева.
      СЛУГА передвигает экран и уходит.
      Трудноватая у меня партия в этой игре. С недавних пор леди Пилим начала догадываться о моих видах на Марию. Но она не должна ничего знать наверняка, во всяком случае, пока я не заберу полную власть над ней.
      Входит ЛЕДИ ПИЛИМ.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Что за сентиментальный монолог? Вы заждались? Черт возьми, не смотрите вы так уничтожающе! Ну, не могла я раньше.
      ДЖОЗЕФ
      Что вы! Пунктуальность - вежливость королей, но не светских леди. (Приглашает ее сесть)
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А ведь вы могли бы меня пожалеть, честное слово. В последнее время сэр Питер так меня третирует да еще и ревнует к Чарльзу. Это уже чересчур, не правда ли?
      ДЖОЗЕФ (в сторону)
      Хорошо, что мои приятели-скандалисты укрепляют его в этом мнении.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Хоть бы он уже разрешил Марии выйти за Чарльза. Может, это его успокоило бы. А вас, мистер Вид?
      ДЖОЗЕФ (в сторону)
      Вот уж нет! (Громко) Меня? Да. Поскольку это успокоило бы и вас, милая леди Пилим. Подозревать меня в увлечении этой простенькой девочкой!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Ах, ах, ах! Не считаете ли простенькой девочкой меня? Но мне хочется вам верить. И в самом деле, откуда у нее возьмутся поклонники?
      ДЖОЗЕФ
      Разве что случайно.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Да, пожалуй. Она, конечно, мила, но совсем не умеет поддержать светскую беседу. И еще настолько серьезна и безупречна, что составила бы отличную пару сэру Питеру.
      ДЖОЗЕФ
      Да, она бы ему подошла больше.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Но разве не обидно, что о тебе говорят самые скверные вещи, а твой друг леди Фанаберри разносит эту заразу! Но главное - всё это без оснований.
      ДЖОЗЕФ
      Да, сударыня, обидно, еще как! Особенно без оснований. Когда о вас ходят сплетни, имеющие основание, здесь приятного мало, зато утешительно сознавать, что это воздаяние за грехи.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      О, в таком случае я бы не придавала значения их нападкам, не сомневайтесь. Но ведь на самом-то деле я и сама невинна, и не занимаюсь злословием - по крайней мере, о друзьях... А еще сэр Питер, с его брюзжанием и подозрительностью. Всё это невыносимо: ведь я-то знаю, что в моем сердце нет зла.
      ДЖОЗЕФ
      Но, дорогая леди Пилим, вы всё же виноваты. Жены своим терпением потворствуют преступлению. Если муж не доверяет жене и ревнует ее без оснований, он де-факто делает брачный контракт ничтожным. Следовательно, жена обязана выступить в защиту своего пола и восстановить справедливость.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вы всерьез говорите о том, что, если муж ревнует жену без повода, лучшее лекарство от ревности - дать ему этот повод?
      ДЖОЗЕФ
      Несомненно. Ведь супруг не должен быть обманутым, и, чтобы не согрешить, вам следует привести реальность в соответствие с его представлениями.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Разумеется, всё это очень логично, однако сознание моей правоты...
      ДЖОЗЕФ
      Ах, мадам, вот в этом ваше коренное заблуждение. Нет ничего более вредного, чем сознание собственной правоты. Что вас побуждает презирать светские условности и общественное мнение? Сознание вашей правоты. Что лишает ваше поведение осторожности в тысяче мелких деталей? Сознание вашей правоты. Что провоцирует ваши размолвки с мужем и порождает равнодушие к его подозрительности? Сознание вашей правоты.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Как это верно...
      ДЖОЗЕФ
      И вот, дорогая леди Пилим, теперь вам стоит совершить одно пустяковое отступление от вашей правоты, и вы даже вообразить не можете, какой станете осторожной и тут же настроитесь на один лад с мужем.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вы уверены?
      ДЖОЗЕФ
      Да, я уверен. И злые языки тотчас же умолкнут. Ибо сейчас ваша репутация напоминает полнокровную женщину, погибающую от избытка жизненных сил.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Да... Значит, суть вашего предписания: согрешить ради самозащиты и потерять честь ради репутации?
      ДЖОЗЕФ
      Именно такова моя рекомендация, мадам.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Воистину, самая парадоксальная доктрина - это новейшее средство против клеветы.
      ДЖОЗЕФ
      Поверьте, безотказное средство. Потому что здравомыслие не бывает врожденным, а возникает в опыте.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Но для этого я априори должна быть уверена...
      ДЖОЗЕФ
      Совершенно верно, мадам. Вы должны еще до всякого опыта исходить из чего-то самоочевидного. Разве моя добропорядочность не самоочевидна? Да и еще раз да. Я ни в коем случае не стал бы склонять вас к чему-то дурному.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      По-моему, добропорядочность не вписывается в систему вашей аргументации. (Поднимается)
      ДЖОЗЕФ
      Я вижу, вы еще не изжили недостатков вашего провинциального образования.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Увы. И если что-то меня толкнет на дурной поступок, это будет скорее недостойное поведение сэра Питера, но не ваша безупречная логика.
      ДЖОЗЕФ
      Клянусь этой рукой, которой он не ценит... (Целует ей руку)
      Входит СЛУГА.
      Как ты посмел, идиот?
      СЛУГА
      Прошу прощения, сэр. Я думал, что лучше все-таки доложить о приходе сэра Питера. Но если вы предпочитаете, чтобы он вошел без доклада...
      ДЖОЗЕФ
      Сэр Питер?.. Чтоб его черти забрали!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Сэр Питер! О боже! Мне конец!
      СЛУГА
      Сэр, я не виноват...
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Я погибла! Что со мной будет? Ну, что теперь скажете, господин Логик? Ой, он уже на лестнице! Я спрячусь здесь. Господи, чтобы я еще когда-нибудь... (Прячется за ширму)
      ДЖОЗЕФ
      Подай книгу! (Садится в кресло)
      Входит СЭР ПИТЕР.
      СЭР ПИТЕР
      И всё-то он занят саморазвитием. Мистер Вид! (Хлопает его по плечу)
      ДЖОЗЕФ
      А, дорогой сэр Питер! Очень рад видеть вас. Прошу прощения. Я тут задремал над одной заумной книгой. Немцы какие-то. Голова пухнет. Как вам известно, книги - моя единственная роскошь. Как вам нравится обстановка библиотеки?
      СЭР ПИТЕР
      Да, всё так рационально устроено. Даже экран вы используете рационально, повесив на него географические карты.
      ДЖОЗЕФ
      Да, экран - очень полезная вещь.
      СЭР ПИТЕР
      Особенно когда нужно срочно что-то найти.
      ДЖОЗЕФ (в сторону)
      А лучше - что-то скрыть.
      СЭР ПИТЕР
      У меня к вам одно конфиденциальное дело.
      ДЖОЗЕФ (слуге)
      Ступайте.
      СЛУГА
      Слушаюсь, сэр. (Уходит)
      ДЖОЗЕФ
      Садитесь, сэр Питер.
      СЭР ПИТЕР
      Теперь, когда мы одни, я хотел бы поговорить откровенно - чтобы восстановить душевное равновесие. Короче, друг мой, в последнее время леди Пилим доставляет мне большие огорчения.
      ДЖОЗЕФ
      Да? Мне очень жаль, сэр.
      СЭР ПИТЕР
      Слишком ясно, что у нее нет ни малейшей любви ко мне. Но это еще полбеды. У меня есть веские основания подозревать ее в любви к кому-то другому.
      ДЖОЗЕФ
      Серьезно? Мне странно слышать это, сэр.
      СЭР ПИТЕР
      И, между нами, я даже вычислил, кто бы это мог быть.
      ДЖОЗЕФ
      Вот как! Вы меня заинтриговали.
      СЭР ПИТЕР
      Друг мой, я знал, что вы не останетесь равнодушным.
      ДЖОЗЕФ
      Клянусь, сэр Питер, если бы вы обнаружили измену леди Пилим, я был бы сражен.
      СЭР ПИТЕР
      Не сомневаюсь! Счастье - иметь друга, которому вполне можешь довериться. Вы догадываетесь, кто этот человек?
      ДЖОЗЕФ
      Не имею ни малейшего представления. Невозможно, чтобы это был сэр Бенджамен Похабелл!
      СЭР ПИТЕР
      Нет, конечно. А как насчет Чарльза?
      ДЖОЗЕФ
      Моего брата? Это просто нереально. Сэр Питер, нельзя же доверять всяким скандальным измышлениям. Нет, нет. Да, Чарльз, конечно, замазан участием во многих скверных историях, но это! Нет, я не могу такого представить.
      СЭР ПИТЕР
      Друг мой, вы судите по себе. Но ваше доброе сердце обманывает вас.
      ДЖОЗЕФ
      Конечно, сердце, сознающее собственную правоту, не спешит признать чужое вероломство.
      СЭР ПИТЕР
      Да, ваш брат таких слов не сказал бы. Он человек без принципов.
      ДЖОЗЕФ
      Может быть. Зато у леди Пилим их слишком много.
      СЭР ПИТЕР
      Чего они стоят против обольщений со стороны резвого и симпатичного молодого человека!
      ДЖОЗЕФ
      Это конечно...
      СЭР ПИТЕР
      Учитывая нашу разницу в возрасте, маловероятно, чтобы леди Пилим сохраняла привязанность ко мне. Если бы ее измена открылась и я об этом объявил официально, то, наверное, стал бы посмешищем всего Лондона как выживший из ума старый холостяк, связавшийся с девчонкой?
      ДЖОЗЕФ
      Это верно - вас засмеют.
      СЭР ПИТЕР
      Вот словечко - засмеют! Сделают персонажем карикатур, и фельетонов, и прочих дьявольских гнусностей - как там они называются?
      ДЖОЗЕФ
      Нет, таких вещей ни в коем случае нельзя предавать огласке.
      СЭР ПИТЕР
      Но особенно больно ранит то, что эту подлость затевает племянник сэра Оливера, моего старого друга, - вот что самое скверное.
      ДЖОЗЕФ
      Само собой: боль обостряется, когда стрела коварства заточена неблагодарностью.
      СЭР ПИТЕР
      А ведь я был ему почти опекуном, принимал его в своем доме и никогда не отказывал... в наставлениях.
      ДЖОЗЕФ
      И всё-таки я не могу поверить. Можно помыслить, что человек способен на такую мерзость, но необходимы веские доказательства. Если вы их представите, то он мне больше не брат. Я порву с ним, ибо человек, способный попрать законы гостеприимства и ввести во искушение жену ближнего, достоин быть заклейменным как общественная проказа.
      СЭР ПИТЕР
      До чего же вы с ним разные! Какие возвышенные чувства!
      ДЖОЗЕФ
      Но все-таки для меня леди Пилим - как жена Цезаря: вне подозрений.
      СЭР ПИТЕР
      Хотел бы и я так думать. И я собираюсь убрать почву для наших столкновений. Она всё чаще стала попрекать меня скаредностью - видите ли, зачем я не выделил ей часть капитала на ее затеи, - а недавно вообще намекнула, что, если я умру, это не разобьет ей сердца. И, поскольку практически во всех вопросах мы расходимся, нам лучше разъехаться, и пусть она будет сама себе хозяйкой. И когда я действительно умру, она увидит, пренебрегал ли я ее интересами на самом деле. Вот, друг мой, черновики двух документов, мне нужно с вами посоветоваться. Первый из них дает ей в полное распоряжение восемьсот фунтов в год при моей жизни, а другой - всё моё состояние после моей смерти.
      ДЖОЗЕФ
      Неслыханная щедрость, сэр Питер. (В сторону) Он довершит растление моей ученицы!
      СЭР ПИТЕР
      Вот таким образом я намерен убрать у нее из-под ног почву для недовольства. Но я не хочу, чтобы леди Пилим при моей жизни узнала о таком доказательстве моей любви.
      ДЖОЗЕФ (в сторону)
      А уж как я не хочу, но что делать!
      СЭР ПИТЕР
      А теперь, мой друг, если не возражаете, поговорим о ваших надеждах на брак с Марией.
      ДЖОЗЕФ
      Нет, только не сейчас! То есть, сэр Питер, пожалуйста, потом.
      СЭР ПИТЕР
      Меня огорчает, что она не спешит ответить на ваши нежные чувства.
      ДЖОЗЕФ
      Оставим эту тему, сэр Питер! Мои неприятности так мизерны, когда стоит вопрос о вашем счастье! (В сторону) Старый дурак! Он погубит меня! Я потеряю обеих.
      СЭР ПИТЕР
      И хотя вы так упорно противитесь тому, чтобы я открыл леди Пилим вашу страсть к Марии, я всенепременно это сделаю - всенепременно, - и не сомневаюсь в том, какую позицию она займет.
      ДЖОЗЕФ
      Сэр Питер! Умоляю, оставим этот предмет! Сейчас я не могу думать об этом. Ибо человек, глубоко удрученный несчастьями ближнего...
      Входит СЛУГА.
      Что такое?
      СЛУГА
      Сэр, ваш брат на улице беседует с каким-то господином и, между прочим, ему известно, что вы дома.
      ДЖОЗЕФ
      Чертов болван! Я же говорил: меня нет - до самого вечера.
      СЭР ПИТЕР
      Стойте! Меня посетила одна мысль. Лучше, если вы будете дома.
      ДЖОЗЕФ
      Хорошо. Скажи, что я дома.
      СЛУГА выходит.
      (В сторону) Может, хотя бы он заткнет рот старому дураку.
      СЭР ПИТЕР
      А теперь, друг мой, пожалуйста, спрячьте меня где-нибудь. А когда придет Чарльз, сделайте ему выговор - так, слегка - вы понимаете... И, может быть, его ответ меня сразу же успокоит.
      ДЖОЗЕФ
      Увольте, сэр Питер! Что вы мне предлагаете! Провокацию? Помочь собственному брату сломать себе шею?
      СЭР ПИТЕР
      Почему? Вы же сами уверяли меня, что он чист душою. А если так, вы окажете благодеяние сразу двоим: ему поможете оправдаться, а мне вернете покой. Ну, не откажите! Я скроюсь за экраном. Черт побери! А там уже есть один наблюдатель. И, по-моему, даже в юбке.
      ДЖОЗЕФ
      Ха-ха-ха! Это в самом деле презабавно! Хорошо, я признаюсь вам, сэр Питер. Вы знаете: я человек строгих правил и презираю любовные интрижки, но это не значит, что я - Иосиф Прекрасный. Дело в том, что меня преследует одна дурочка, белошвейка-француженка. Но эта авантюристка дорожит своей репутацией, и когда вы пришли, она скрылась за экраном.
      СЭР ПИТЕР
      Да вы, оказывается, тоже ходок! Черт побери, она же слышала, что я говорил о жене!
      ДЖОЗЕФ
      Не беспокойтесь, всё умрет в этой комнате.
      СЭР ПИТЕР
      В таком случае доведем дело до конца. А, вот чуланчик, тоже подойдет.
      ДЖОЗЕФ
      Хорошо, прячьтесь.
      СЭР ПИТЕР
      Вот хитрец! (Прячется)
      ДЖОЗЕФ
      Чуть не влип! Однако я ловко разъединил мужа и жену!
      ЛЕДИ ПИЛИМ (выглядывает)
      Нельзя ли мне ускользнуть?
      ДЖОЗЕФ
      Не высовывайтесь, ангел мой.
      СЭР ПИТЕР (выглядывает)
      Вытрясите из него всю душу!
      ДЖОЗЕФ
      Исчезните, друг мой!
      ЛЕДИ ПИЛИМ (выглядывает)
      А может, запереть сэра Питера?
      ДЖОЗЕФ
      Помолчите, прелесть моя!
      СЭР ПИТЕР (выглядывает)
      А вы уверены, что белошвейка не проболтается?
      ДЖОЗЕФ
      Милейший сэр Питер, скройтесь! Да, жаль, что нет ключа!
      Входит ЧАРЛЬЗ ВИД.
      ЧАРЛЬЗ
      Привет, братец! Слушай, в чем дело? Твой холоп почему-то удерживал меня на улице. Кого ты хотел скрыть? Ростовщика или девицу?
      ДЖОЗЕФ
      Никого, ты ошибаешься.
      ЧАРЛЬЗ
      А куда слинял сэр Питер? Он ведь точно заходил сюда?
      ДЖОЗЕФ
      Заходил, но, узнав о твоем появлении, предпочел ретироваться.
      ЧАРЛЬЗ
      Старик боится, что я попрошу у него взаймы?
      ДЖОЗЕФ
      Нет, милый мой. Дело в другом. Брат, я с прискорбием узнал, что в последнее время ты причиняешь этому достойному человеку много треволнений.
      ЧАРЛЬЗ
      Про меня говорят, что я доставляю треволнения многим достойным людям. Что я сделал сэру Питеру?
      ДЖОЗЕФ
      Скажу тебе со всей откровенностью, брат: он подозревает тебя в желании отвратить от него леди Пилим.
      ЧАРЛЬЗ
      Господи! Кого подозревает - меня? С какой стати? Ха-ха-ха! Значит, до старика всё-таки дошло, что у него молодая жена? Или, что гораздо хуже, леди Пилим открыла, что у нее старый муж?
      ДЖОЗЕФ
      Брат! Разве это тема для острословия? Стыдись. Ибо человек, который может смеяться...
      ЧАРЛЬЗ
      Ладно. Ты прав, как всегда. Но, честное слово, мне и в голову не приходило ничего подобного.
      ДЖОЗЕФ
      Сэр Питер был бы рад услышать это.
      ЧАРЛЬЗ
      Правда, мне одно время казалось, что леди Пилим чувствует ко мне симпатию, но я здесь ни при чем. Кроме того, тебе же известно мое отношение к Марии.
      ДЖОЗЕФ
      Не сомневаюсь, что даже если бы леди Пилим действительно увлеклась тобой...
      ЧАРЛЬЗ
      Я думаю, что не сделал бы сознательной подлости. Если бы на моем пути возникла милая молодая женщина, у которой был бы муж, скорее годящийся ей в отцы...
      ДЖОЗЕФ
      То что?
      ЧАРЛЬЗ
      Я попросил бы у тебя взаймы немного морали, только и всего. Однако меня удивляет, что в связи с леди Пилим возникает мое имя. Я-то, грешным делом, считал тебя ее фаворитом.
      ДЖОЗЕФ
      Стыдись, Чарльз! Так изощряться в остроумии - просто глупо.
      ЧАРЛЬЗ
      А я и не изощряюсь. Я же видел, как ты пожирал ее взглядом.
      ДЖОЗЕФ
      Сэр, что за шутки!
      ЧАРЛЬЗ
      Я серьезно. Помнишь, я однажды зашел к тебе и встретил ее?
      ДЖОЗЕФ
      Чарльз! Я повторяю...
      ЧАРЛЬЗ
      А еще было - твой лакей...
      ДЖОЗЕФ
      Брат! Брат! Тише! (В сторону) Сговорились они, что ли!
      ЧАРЛЬЗ
      ... который, видимо, был посвящен...
      ДЖОЗЕФ
      Да тихо ты! Сэр Питер слышал весь наш разговор. Уж извини, я пошел на это лишь затем, чтобы помочь тебе оправдаться в его глазах.
      ЧАРЛЬЗ
      Сэр Питер? Где же он?
      ДЖОЗЕФ
      Тихо! Он там. (Указывает на чулан)
      ЧАРЛЬЗ
      Ну, я его оттуда извлеку! Сэр Питер, милости просим!
      ДЖОЗЕФ
      Не надо!
      ЧАРЛЬЗ
      Надо, Джози, надо. Сэр Питер, пожалуйте на лобное место.
      
      [Примечание
      Моё почтение М. Яншину, игравшему сэра Питера. Цитата из другой его знаменитой роли.]
      
      (Помогает сэру Питеру выбраться) Нет, какой пассаж! Мой старый опекун, благодетель, обернувшись инквизитором, шпионит за мной!
      СЭР ПИТЕР
      Вашу руку, Чарльз. Я осознал свое заблуждение. Но вам не следует обижаться на Джозефа: это был мой план.
      ЧАРЛЬЗ
      Вот как!
      СЭР ПИТЕР
      Но теперь вы оправданы, и я вообще изменил свое мнение о вас к лучшему. То, что я слышал, меня очень обрадовало.
      ЧАРЛЬЗ
      Да, вам повезло, что вы услышали только это. Правда, Джозеф?
      СЭР ПИТЕР
      А то вы, чего доброго, предположили бы, что это он виноват?
      ЧАРЛЬЗ
      Что вы, это можно предположить только в шутку.
      СЭР ПИТЕР
      Ну, в его-то честности я уверен.
      ЧАРЛЬЗ
      В сущности, у вас было не больше оснований заподозрить меня, чем его. Правда, Джозеф?
      СЭР ПИТЕР
      Хорошо, хорошо, я верю вам.
      ДЖОЗЕФ (в сторону)
      Да провалитесь вы оба!
      Входит СЛУГА и что-то говорит ему на ухо.
      СЭР ПИТЕР
      Я хочу верить, что мы найдем общий язык.
      ДЖОЗЕФ
      Господа, извините, я вынужден просить вас спуститься вниз. Ко мне пришла одна особа по очень личному делу.
      ЧАРЛЬЗ
      Так проведи эту особу в другую комнату. У меня тоже личное дело - к сэру Питеру.
      ДЖОЗЕФ (в сторону)
      Их нельзя оставлять вдвоем. (Громко) Сейчас я спроважу эту особу и вернусь. (Тихо, сэру Питеру) Сэр Питер, о белошвейке ни-ни!
      СЭР ПИТЕР
      За кого вы меня принимаете!
      ДЖОЗЕФ уходит.
      Чарльз, будь вы ближе с братом, вы бы совсем исправились. Он человек высоких чувств, а что может быть благороднее!
      ЧАРЛЬЗ
      Его чувства высоки настолько и он так дорожит своим добрым именем, как он это называет, что в его доме скорее можно представить скорее патера, чем женщину.
      СЭР ПИТЕР
      Нет, нет, вы заблуждаетесь. Он, конечно, не развратник, но и не монах. (В сторону) Мне просто неймется! Вот мы посмеялись бы над Джозефом!
      ЧАРЛЬЗ
      Что вы! Это же анахорет, пустынник.
      СЭР ПИТЕР
      Вы несправедливы к нему. Если он узнает...
      ЧАРЛЬЗ
      Не от вас же?
      СЭР ПИТЕР
      Конечно, не от меня, но... (В сторону) Нет, всё-таки скажу. (Громко) Хотите от души посмеяться над Джозефом?
      ЧАРЛЬЗ
      Еще как!
      СЭР ПИТЕР
      Вот и посмеемся. Это ему за то, что он выдал меня. (Тихо) Слушайте: когда я пришел, у него была девица - вот в этой самой комнате.
      ЧАРЛЬЗ
      Что? У Джозефа? Это шутка?
      СЭР ПИТЕР
      Тсс! Это француженка, белошвейка. И, что самое смешное, она и сейчас здесь.
      ЧАРЛЬЗ
      Черт! А где же?
      СЭР ПИТЕР
      Тихо! (Указывает на экран) Вон там.
      ЧАРЛЬЗ
      За ширмой? Давайте ее рассекретим!
      СЭР ПИТЕР
      Нет, нет! Ни в коем случае! Он возвращается!
      ЧАРЛЬЗ
      Ну, сэр Питер! Взглянем на нее хоть одним глазком!
      СЭР ПИТЕР
      Да что вы, в самом деле! Джозеф мне этого не простит.
      ЧАРЛЬЗ
      Ничего, я вам окажу протекцию.
      СЭР ПИТЕР
      Во имя всего святого! Он идет!
      ЧАРЛЬЗ опрокидывает ширму.
      Появляется ДЖОЗЕФ.
      ЧАРЛЬЗ
      Леди Пилим? Фантастика!
      СЭР ПИТЕР
      Леди Пилим? Дьявольщина!
      ЧАРЛЬЗ
      Ну, сэр Питер, это самая необыкновенная француженка-белошвейка из всех, которых я знаю. Похоже, что вы все забавлялись игрой в прятки, но я не совсем понимаю, кто водил. Может, вы объясните, леди? Нет? Тогда ты, брат? Мораль умолкла. Сэр Питер, вы до сих пор блуждали во мраке, но, может, теперь что-то прояснилось? Нет. Всех поразило безмолвие. Что ж, пусть я останусь в неведении, но вам, наверное, всё понятно в этой сцене. По-моему, я здесь лишний. Оставляю вас друг другу. Брат, я с прискорбием узнал, что в последнее время ты причиняешь этому достойному человеку много беспокойства. Сэр Питер, что может быть благороднее возвышенных чувств? Высокие, высокие отношения!
      ЧАРЛЬЗ уходит.
      ДЖОЗЕФ
      Сэр Питер, я понимаю: всё это выглядит так, будто... Всё против меня... Но если вы согласитесь выслушать... Я попробую оправдаться.
      СЭР ПИТЕР
      Попробуйте, сэр.
      ДЖОЗЕФ
      Дело в том, что леди Пилим, зная о моих претензиях на Марию... То есть, я хочу сказать, зная ваш нуд... Простите, ревнивый нрав... То есть нежные чувства к нам... В общем, она пришла сюда, чтобы я объяснил, какие нежные чувства питаю к ней... к Марии... Но когда вы появились, она, опасаясь, как я уже сказал, вашей ревности, спряталась за ширмой. Клянусь, что это правда.
      СЭР ПИТЕР
      Как всё элементарно! Я надеюсь, что леди Пилим подтвердит каждый пункт.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Ни единого слова, сэр Питер.
      СЭР ПИТЕР
      Вот как! Вы даже не пытаетесь притвориться?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      В том, что сказал вам этот господин, нет ни слога правды.
      СЭР ПИТЕР
      Верю, сударыня. Верю.
      ДЖОЗЕФ
      Черт возьми, почему вы хотите уничтожить меня?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Хорошо, господин Лицемер, я, с вашего позволения, буду говорить только за себя.
      СЭР ПИТЕР
      Не мешайте ей, сэр. Она сочинит прекрасную легенду без вашей помощи.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Выслушайте меня, сэр Питер. Я пришла сюда не из-за Марии - я даже не знала, что этот господин добивается ее руки. Я пришла потому, что поверила его изобретательным аргументам, пришла слушать его красивые слова о воображаемой любви. А может быть, и хуже: принести вашу честь в жертву его бесчестью.
      СЭР ПИТЕР
      Вот я и узнаю́ правду.
      ДЖОЗЕФ
      Эта женщина не в себе!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Нет, она пришла в себя с помощью вашего искусства. Сэр Питер, я не в праве требовать, чтобы вы поверили мне, но когда вы говорили про меня с такой трогательной нежностью, не подозревая, что я могу это услышать, ваши слова дошли до моего сердца. И если бы я избежала этого позорного разоблачения, даже тогда я превратила всю мою оставшуюся жизнь в доказательство моей благодарности. Что касается этого медоточивого лицемера, который пытался улестить жену слишком наивного друга, одновременно завлекая его воспитанницу якобы с благородными намерениями, то он предстал передо мной во всей своей многогранности. Никогда не прощу себе, что слушала его.
      ЛЕДИ ПИЛИМ уходит.
      ДЖОЗЕФ
      Несмотря ни на что, небесам известно...
      СЭР ПИТЕР
      Что вы подлец. Оставайтесь наедине со своей совестью.
      ДЖОЗЕФ
      Вы в плену вашего предубеждения, сэр Питер. Вы должны выслушать меня. Ибо человек, который, не желая услышать, отказывает...
      СЭР ПИТЕР уходит.
      ДЖОЗЕФ, продолжая говорить, преследует его.
      
      
      АКТ ПЯТЫЙ
      Сцена первая.
      Библиотека ДЖОЗЕФА ВИДА.
      Входят ДЖОЗЕФ ВИД и СЛУГА.
      ДЖОЗЕФ
      Стенли? С какой стати я должен принимать его? Ты, что же, сам не понимаешь, что он явился попрошайничать?
      СЛУГА
      Сэр, я бы его не впустил, но его привел мистер Роули.
      ДЖОЗЕФ
      Вот осел! Мне только побирушек не хватало! Какого дьявола ты их тащишь сюда?
      СЛУГА
      Слушаюсь, сэр. Можно подумать, я виноват, что сэр Питер застукал миледи с вами!
      ДЖОЗЕФ
      Пошел вон, дурак!
      СЛУГА уходит.
      Я, как будто, неплохо вел свою политику, но фортуна еще никогда не относилась ко мне с таким сарказмом. Всё расстроено в минуту - и расположение сэра Питера, и расчеты на брак с Марией. И вот сейчас меня вынуждают выслушивать хныканье нищих родственников-неудачников. Я просто физически не способен произнести ни одного чувствительного слова. Однако они идут. Придется взять себя в руки и натянуть маску сострадания.
      ДЖОЗЕФ выходит надевать маску.
      Входят СЭР ОЛИВЕР и РОУЛИ.
      СЭР ОЛИВЕР
      Однако! Он покинул нас еще до нашего появления! Ведь это же он промелькнул?
      РОУЛИ
      Несомненно. Только боюсь, что мы застали его врасплох, а он такой чувствительный, что даже видеть бедного родственника - для него слишком тяжелое испытание. Надо было его подготовить.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да мне-то на кой его чувствительность! Это на сэра Питера она производит впечатление.
      РОУЛИ
      Я не могу знать, что он чувствует на самом деле. Ради справедливости я готов признать, что, чисто спекулятивно, он может быть добродетелен не меньше любого другого представителя рода человеческого, но чувствительность мешает его ноуменальной добродетели проявиться в феноменах, то есть не дает реально делать добро.
      СЭР ОЛИВЕР
      Но в реальности он феноменально спекулирует этой своей номинальной добродетелью.
      РОУЛИ
      Наверное, он ее понимает как вещь не в-себе, а для-себя.
      СЭР ОЛИВЕР
      Настолько для себя, что другим не остается ничего.
      РОУЛИ
      Сейчас вы проверите эту гипотезу. Ладно, не буду вам мешать. Он возвращается, а я удаляюсь. А когда вы уйдете, я вернусь и доложу о вашем прибытии уже всерьез.
      СЭР ОЛИВЕР
      Хорошо. Потом встретимся у сэра Питера.
      РОУЛИ
      Да, сразу же.
      РОУЛИ уходит.
      СЭР ОЛИВЕР
      Эта слащавая физиономия не предвещает ничего хорошего.
      Входит ДЖОЗЕФ.
      ДЖОЗЕФ
      Десять тысяч извинений, сэр! Мистер Стенли, я полагаю?
      СЭР ОЛИВЕР
      К вашим услугам.
      ДЖОЗЕФ
      Прошу вас, сэр, садитесь, пожалуйста.
      СЭР ОЛИВЕР
      Не беспокойтесь. (В сторону) Что он юлит!
      ДЖОЗЕФ
      Я не имею удовольствия быть близко знакомым с вами, сэр. Но имею удовольствие видеть вас в добром здравии. Если не ошибаюсь, вы близкий родственник моей маменьки?
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, сэр, настолько близкий, что боюсь, как бы моя бедность не скомпрометировала ее состоятельных детей. Поэтому я и осмелился вас побеспокоить.
      ДЖОЗЕФ
      О, пусть вас это не смущает. Бедному человеку не возбраняется иметь богатых родственников, в этом нет ничего особенного. Как бы я желал быть богатым, чтобы оказать вам хотя бы небольшое вспомоществование!
      СЭР ОЛИВЕР
      Если бы ваш дядя сэр Оливер присутствовал здесь, у меня был бы такой друг.
      ДЖОЗЕФ
      Этого и я желал бы всей душой, сэр. Я стал бы ходатаем за вас, сэр.
      СЭР ОЛИВЕР
      В такой помощи я вряд ли нуждаюсь: моё бедственное положение само ходатайствует за меня. Зато я допускаю, что его щедрость могла бы вас сделать агентом его благотворительности.
      ДЖОЗЕФ
      Сэр, вы его переоцениваете. Конечно, сэр Оливер - очень, очень достойный человек, но, мистер Стенли, скопидомство - порок, обычный в его года. Он стал просто гарпагоном. Откровенно говоря, он для меня сделал так мало, что практически ничего. Разумеется, люди говорят другое, но я не опровергаю их фантазий только из родственных чувств.
      СЭР ОЛИВЕР
      Значит, он не присылал вам золотых монет и слитков?
      ДЖОЗЕФ
      Ну, вот, и до вас дошли эти восточные сказки. Нет, конечно, он присылал иногда всякие гостинцы и небольшие подарки - фарфор, шали, чай, индийские крекеры... Но не более того.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Ничего себе - крекеры! Двенадцать тысяч золотом!
      ДЖОЗЕФ
      Кроме того, сэр, вам наверняка известно о разгульной жизни моего брата. Разве вы можете допустить, что я оставил этого несчастного совсем без помощи?
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Я-то еще как могу.
      ДЖОЗЕФ
      Сколько раз я выручал его деньгами! Да, с моей стороны это была слабость, и я себя не оправдываю. Хуже того, как я теперь понимаю, именно эта слабость лишает меня возможности оказать вам, мистер Стенли, помощь, которую мне подсказывает моё сердце.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Архифарисей! (Громко) Значит, вы не можете мне помочь?
      ДЖОЗЕФ
      Сколь ни тяжело признаться в этом, сейчас - не в состоянии. Но как только получу возможность, я дам знать, не сомневайтесь.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, очень жаль.
      ДЖОЗЕФ
      И мне, уверяю вас! Просить помощи и не получить ее - неприятно, но сострадать и быть не в силах помочь - это просто мучительно.
      СЭР ОЛИВЕР
      Любезный сэр, остаюсь вашим покорным слугой.
      ДЖОЗЕФ
      С болью сердечной расстаюсь с вами. Уильям, проводите джентльмена.
      СЭР ОЛИВЕР
      Не беспокойтесь, я найду дорогу.
      ДЖОЗЕФ
      Ваш покорнейший...
      СЭР ОЛИВЕР
      Ваш нижайший...
      ДЖОЗЕФ
      Значит, сэр, как только до вас дойдут известия, что я разбогател, - обращайтесь немедленно.
      СЭР ОЛИВЕР
      Сэр, вы слишком любезны.
      ДЖОЗЕФ
      Желаю вам здоровья и жизнерадостности - в ожидании лучших времен...
      СЭР ОЛИВЕР
      ...когда и я надеюсь быть вам полезным.
      ДЖОЗЕФ
      Искренне ваш, сэр.
      СЭР ОЛИВЕР (в сторону)
      Я знаю, кто мой наследник.
      СЭР ОЛИВЕР уходит.
      ДЖОЗЕФ
      В благообразии содержится существенное неудобство: тебя преследуют всякие неудачники, и требуется немалая изобретательность, чтобы приобрести хорошую репутацию бесплатно. Чистое серебро сострадания - это убыточная графа в гроссбухе человеческих добродетелей. Я предпочитаю французское неполновесное серебро красноречия - налогом не облагается, а вид тот же.
      Входит РОУЛИ.
      РОУЛИ
      Моё почтение, мистер Вид. Я не хотел мешать вашей беседе. Но у меня срочное дело - вы это увидите из письма.
      ДЖОЗЕФ
      Всегда рад вас видеть. (В сторону) Старый интриган! (Читает письмо) Сэр Оливер Вид! Дядя Оливер приехал!
      РОУЛИ
      Да, мы только что расстались. Он чувствует себя прекрасно, несмотря на долгое путешествие, и желает поскорее обнять своего достойного племянника.
      ДЖОЗЕФ
      Вот это новость! Уильям, задержите мистера Стенли, если он еще не ушел.
      РОУЛИ
      Он уже ушел.
      ДЖОЗЕФ
      Что же вы молчали? Вы же вместе пришли?
      РОУЛИ
      Я думал, у вас неотложный разговор. Однако мне нужно идти к вашему брату и сказать, чтобы он пришел сюда на встречу с дядей. Сэр Оливер будет через четверть часа.
      ДЖОЗЕФ
      Да, он так и пишет. Какое счастье, что он приехал! (В сторону) Черти его принесли!
      РОУЛИ
      Вы будете удивлены, какой у него здоровый вид.
      ДЖОЗЕФ
      Я счастлив. (В сторону) Особенно сейчас.
      РОУЛИ
      Я ему обязательно передам, что вы счастливы.
      ДЖОЗЕФ
      Да, да, передайте, засвидетельствуйте мое почтение и любовь. У меня слов не хватает.
      РОУЛИ уходит.
      Какой-то день неуместных визитов, но этот - венец всему.
      Уходит.
      
      
      Сцена вторая.
      Дом СЭРА ПИТЕРА ПИЛИМА.
      Входят МИССИС КРОКОДАЙЛ и ГОРНИЧНАЯ.
      
      ГОРНИЧНАЯ
      Мадам, уверяю вас: миледи не принимает.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Но ведь вы же не сказали, что к ней пришла ее подруга миссис Крокодайл?
      ГОРНИЧНАЯ
      Как же! Я говорила. Миледи просит ее извинить.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Доложите еще раз. Я непременно должна с ней говорить - хотя бы минуту. В ее нынешнем ужасном положении ей необходимо участие друга.
      ГОРНИЧНАЯ уходит.
      Какая досада! Я не владею и половиной информации! Я же не успею разнести эту историю даже по десяти домам, прежде чем она появится завтра в газетах со всеми подробностями.
      Входит СЭР БЕНДЖАМЕН ПОХАБЕЛЛ.
      О, сэр Бенджамен! Вы слыхали...
      ПОХАБЕЛЛ
      Про леди Пилим и мистера Вида?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ (судорожно пытаясь сохранить надежду)
      Как сэр Питер их застиг.
      ПОХАБЕЛЛ
      Да, поразительная история.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      И такая! В жизни такого не видала... То есть не слыхала. Мне их всех жаль - прямо до слез.
      ПОХАБЕЛЛ
      Ах, миссис Крокодайл, кого-кого, а сэра Питера мне совсем не жаль. Он поплатился за то, что так глупо доверял мистеру Виду.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Какому мистеру Виду? Он же накрыл ее с Чарльзом.
      ПОХАБЕЛЛ
      Ничего подобного. Ее любовник - мистер Джозеф Вид.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да нет же - Чарльз! А мистер Вид специально привел сэра Питера, чтобы тот их прищучил.
      ПОХАБЕЛЛ
      Но я слышал это от некой...
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      А я это слышала от некоего...
      ПОХАБЕЛЛ
      Но она это узнала от того, кто слышал...
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Ах, сэр Бенджамен, я это слышала от того, кто видел... Впрочем, вот идет леди Фанаберри, может, она всё знает точно.
      Входит ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Ах, дорогая миссис Крокодайл! Какая неприятная история с нашим другом, нашей прелестной леди Пилим!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да, моя дорогая леди Фанаберри. Кто бы мог вообразить!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Внешний вид обманчив. Хотя, откровенно говоря, я всегда находила ее слишком непосредственной.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да, следует признать: ее манеры были несколько излишне свободными. Но ведь она так молода!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Конечно, не всё в ней было плохо.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Разумеется, не всё. Но... вам известны детали?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Детали - нет. Но говорят, что мистер Вид...
      ПОХАБЕЛЛ
      Ну, вот! Что я говорил! Мистер Вид!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Ах, нет! Измена была с Чарльзом!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      С Чарльзом! Вы меня шокируете, миссис Крокодайл!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да?.. Да! Любовником был Чарльз. А мистер Вид, отдадим ему должное, только проинформировал сэра Питера.
      ПОХАБЕЛЛ
      Хорошо, не буду вас переубеждать, миссис Крокодайл. Как бы то ни было, надеюсь, что рана сэра Питера не окажется смертельной.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      О небо! Рана сэра Питера! Какая деталь! Я этого еще не знала.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      И я.
      ПОХАБЕЛЛ
      Как? Вы не слыхали об этой дуэли?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Ни словечка.
      ПОХАБЕЛЛ
      Странно. Ведь они сражались в той же самой комнате.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Умоляю, расскажите!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Дуэль! Дуэль! Умоляю!
      ПОХАБЕЛЛ
      Хорошо. "Сэр!" - говорит сэр Питер, обнаружив прелюбодеяние...
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Прелюбодеяние!
      ПОХАБЕЛЛ
      Да.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Прелюбодеяние! О, какая деталь!
      ПОХАБЕЛЛ
      "Сэр! - говорит сэр Питер. - Вы самая развратная личность..."
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Это Чарльз?
      ПОХАБЕЛЛ
      Джозеф. "Вы самая развратная личность. Но я не настолько одряхлел, чтобы не потребовать у вас сатисфакции сию же секунду!"
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Вот неоспоримое доказательство, что любовником был Чарльз. Разве Джозеф мог драться в собственном доме?
      ПОХАБЕЛЛ
      А в чьем же доме, если всё произошло именно там? "Сатисфакцию, - говорит, - и сию же секунду!" И тогда леди Пилим, видя сэра Питера в такой опасности, натурально впала в истерику и выскочила из комнаты. А Чарльз бросился за ней, требуя нашатыря и воды. И тогда они стали биться на шпагах.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Чарльз и леди Пилим?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ (саркастически)
      Нет, леди и сэр Питер.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      На шпагах?
      ПОХАБЕЛЛ
      Да.
      Входит МИСТЕР ОСТОЧЕРТЕЛЛ.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      И вовсе не на шпагах, племянник, а на пистолетах - у меня точные данные.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Значит, дуэль все-таки была?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      А как же! И сэр Питер был пронзен...
      ПОХАБЕЛЛ
      Шпагой насквозь.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Пулей навылет.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Бедный сэр Питер!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Конечно, Чарльз не хотел...
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Я же говорила, что это Чарльз!
      ПОХАБЕЛЛ
      Дядя, ничего-то вы не знаете толком.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Знаю. Сэр Питер сказал: "Вы самая развратная личность".
      ПОХАБЕЛЛ
      Да это я говорил! Я!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      И добавил: "Я требую сатисфакции сию же секунду".
      ПОХАБЕЛЛ
      Да нет же! Это я говорил!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Тогда позволь и другим кое-что добавить. Так вот, на бюро лежала пара пистолетов. А надо вам сказать, мистер Вид привез их из Солтхилла, куда он накануне ездил с приятелем, у которого сын учится в Итоне. И пистолеты, как на грех, были заряжены.
      ПОХАБЕЛЛ
      Не слышал ничего подобного.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Сэр Питер велел Чарльзу взять один из пистолетов, и выстрелы грянули одновременно. Чарльз, как я уже сказал, поразил сэра Питера, а сэр Питер промахнулся. Пуля срикошетила под прямым углом от бронзового бюста Шекспира на камине, вылетела в окно и попала в почтальона, который именно в этот момент подошел к дверям с заказным письмом из Нортгемптоншира.
      ПОХАБЕЛЛ
      Дядюшка исчерпывающе изложил вам факты, но не истину.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ (в сторону)
      Они и представить себе не могут, насколько я заинтересована этой историей. И не надо, чтобы представляли. Поэтому я должна знать, как всё было на самом деле.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      уходит, даже не попрощавшись.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Ушла и даже не попрощалась.
      ПОХАБЕЛЛ
      О, беспокойство леди Фанаберри объясняется очень легко.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Да, да, кто же этого не знает!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Да, кто же не знает! А где сэр Питер?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Его сразу же и увезли домой. Но слугам запрещено говорить, что он здесь.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Я полагаю, леди Пилим теперь не отходит от него.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Вероятно, не отходит. Но - поздно.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Как - поздно?!!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Ну, так... Впрочем, тут есть человек, который может нам всё прояснить.
      ПОХАБЕЛЛ
      Не этот ли, дядюшка?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Да, он самый.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      О, я догадываюсь, кто это! Сейчас мы всё узнаем!
      Входит СЭР ОЛИВЕР.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Доктор! Ну, что, есть надежда?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Или уже нет?
      ПОХАБЕЛЛ
      У него колотая рана?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Пари держу - огнестрельная!
      СЭР ОЛИВЕР
      Доктор? Колотая? Огнестрельная? Что вы курили, господа?
      ПОХАБЕЛЛ
      Доктор, а при чем здесь это?
      СЭР ОЛИВЕР
      При том, что если я доктор, то вы, вероятно, президент академии наук?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      А, так вы, видимо, не хирург, а всего лишь друг сэра Питера?
      СЭР ОЛИВЕР
      Всего лишь.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Ну, всё равно. Вам ведь известно, что он при смерти?
      СЭР ОЛИВЕР
      Первый раз слышу.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Но его ранение всё-таки чертовски опасно?
      СЭР ОЛИВЕР
      Ранение? Черта с два!
      ПОХАБЕЛЛ
      Но он же пронзен насквозь?
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Да, прострелен.
      ПОХАБЕЛЛ
      Мистером Видом.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Младшим.
      СЭР ОЛИВЕР
      При всех противоречиях, ваши показания сходятся в том, что сэр Питер опасно ранен.
      ПОХАБЕЛЛ
      Да, в этом мы сходимся.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      По крайней мере, в этом не может быть ни малейших сомнений.
      СЭР ОЛИВЕР
      Тогда он - самый недисциплинированный из раненых, потому что сейчас он как ни в чем не бывало направляется сюда.
      Входит СЭР ПИТЕР.
      Ну, сэр Питер, вы появились как раз вовремя. Еще немного - и эти господа вас похоронили бы.
      ПОХАБЕЛЛ
      Какое внезапное исцеление, дядюшка!
      СЭР ОЛИВЕР
      Ай-ай-ай, сэр Питер! Зачем же вы встали с постели, пронзенный клинком и простреленный навылет?
      СЭР ПИТЕР
      Пронзенный и простреленный?
      СЭР ОЛИВЕР
      Да. Эти господа чуть не отправили вас на тот свет, без смертного приговора и яда - исключительно с помощью слов. А меня пытались сделать соучастником, подкупив докторским дипломом.
      СЭР ПИТЕР
      Что за ахинея?
      ПОХАБЕЛЛ
      Сэр Питер, мы выражаем удовлетворение, что сведения о вашей дуэли не подтвердились, и глубокое соболезнование по поводу другого несчастья, вас постигшего.
      СЭР ПИТЕР
      Так я и знал! Уже растрезвонили по всему городу! Но кто?!!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Хотя, сэр Питер, вы сами виноваты. Жениться в вашем возрасте - это, извините...
      СЭР ПИТЕР
      Сэр, какое, извините, ваше дело?
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Но вы были для этой особы слишком хорошим мужем, и мне так жаль...
      СЭР ПИТЕР
      А не пойти ли вам, сударыня, с вашей жалостью...
      ПОХАБЕЛЛ
      Ну, что вы, сэр Питер! Стоит ли обращать внимание на их подковырки? То ли еще будет!
      СЭР ПИТЕР
      Возможно. Но я хочу уберечься от оскорблений хотя бы в моем доме.
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Что вы так носитесь со своей неприятностью? Такие бедствия посещают многих - разве это не утешение?
      СЭР ПИТЕР
      Я хочу остаться один и безо всяких церемоний требую, чтобы вы покинули мой дом - немедленно!
      МИССИС КРОКОДАЙЛ
      Хорошо, хорошо, мы удаляемся. Не беспокойтесь, сэр Питер, мы все распишем ваше бедственное положение в самых ярких красках.
      СЭР ПИТЕР
      Вон из моего дома!
      ОСТОЧЕРТЕЛЛ
      Расскажем, какое тяжкое оскорбление вам нанесли.
      СЭР ПИТЕР
      Вон из моего дома!
      ПОХАБЕЛЛ
      И с каким стоическим достоинством вы всё это претерпеваете.
      МИССИС КРОКОДАЙЛ, ОСТОЧЕРТЕЛЛ и ПОХАБЕЛЛ уходят.
      СЭР ПИТЕР
      Чертовы прихвостни! Гадины! Фурии! Чтоб вы захлебнулись своим ядом!
      СЭР ОЛИВЕР
      Да уж, сэр Питер, они в самом деле несносны.
      Входит РОУЛИ.
      РОУЛИ
      Какие громкие слова! Что вас так разволновало, сэр Питер?
      СЭР ПИТЕР
      Разволновало! Как будто у меня хоть день проходит спокойно!
      РОУЛИ
      Хорошо, не буду спрашивать, в общем-то я не любопытен.
      СЭР ОЛИВЕР
      Итак, сэр Питер, в соответствии с нашими планами, я устроил экзамен обоим племянникам.
      СЭР ПИТЕР
      Замечательная парочка! Один лучше другого.
      РОУЛИ
      Удивительно точное замечание: один лучше другого. Сэр Оливер в этом убедился.
      СЭР ОЛИВЕР
      Да, я понял, что Джозеф - личность, каких не видел свет.
      РОУЛИ
      Человек выдающихся чувств.
      СЭР ОЛИВЕР
      С которыми он сообразует свои действия.
      РОУЛИ
      И его тирады чрезвычайно поучительны.
      СЭР ОЛИВЕР
      Это истинный пример для молодежи. Но что такое, сэр Питер? Вы не присоединяетесь к нашим дифирамбам вашему другу?
      СЭР ПИТЕР
      Сэр Оливер, в этом поганом мире чем меньше кого-то хвалишь, тем лучше.
      РОУЛИ
      От вас ли я это слышу, сэр Питер! Вы, человек, не ошибавшийся ни разу в жизни...
      СЭР ПИТЕР
      Чума на вас обоих! Значит, судя по вашим ухмылочкам, вы тоже всё знаете? Нет, я рехнусь!
      РОУЛИ
      Да, чтобы не сыпать вам соль на раны...
      СЭР ОЛИВЕР смеется.
      ...мы всё знаем. Я встретил леди Пилим, когда она возвращалась от мистера Вида - удрученная такой злой тоской, что просила меня быть ходатаем за нее перед вами.
      СЭР ПИТЕР
      Простите: а сэр Оливер знает?
      СЭР ОЛИВЕР
      Во всех подробностях.
      СЭР ПИТЕР
      Про ширму и чулан - тоже?
      СЭР ОЛИВЕР
      И даже про белошвейку-француженку. Веселая история! Ха-ха-ха!
      СЭР ПИТЕР
      До жути веселая.
      СЭР ОЛИВЕР
      В жизни так не смеялся, уверяю вас! Ха-ха-ха!
      СЭР ПИТЕР
      Очень смешно! (Передразнивает) Ха-ха-ха!
      РОУЛИ
      И Джозеф - с его высокими чувствами! Ха-ха-ха!
      СЭР ПИТЕР
      Да, высокие, высокие отношения! Ха-ха-ха! Вот ведь иуда!
      СЭР ОЛИВЕР
      Но очаровательнее всего - беспутный Чарльз извлекает безупречного сэра Питера из чулана!
      СЭР ПИТЕР
      Ха-ха-ха! И в самом деле - чертовски забавно!
      СЭР ОЛИВЕР
      Хотел бы я взглянуть на вашу физиономию, когда упала ширма. Ха-ха-ха!
      СЭР ПИТЕР
      Я бы и сам хотел. Жаль, что там не было зеркала! Ха-ха-ха!
      СЭР ОЛИВЕР
      Конечно, грех смеяться над вами, друг мой, но, ей-богу, не могу удержаться.
      СЭР ПИТЕР
      Да веселитесь, чего уж там! И я с вами повеселюсь. Да, завидная участь - служить знакомым мишенью для острот. Да, в одно прекрасное утро в бульварных листках появляется сообщение о запутанных отношениях мистера В. с леди и сэром П. Чрезвычайно интересно! Завтра же из этого города и от этих рож!
      РОУЛИ
      Сэр Питер! Какое вам дело до злобы каких-то дураков? Но я заметил, что леди Пилим прошла в соседнюю комнату. Я уверен, вы не меньше ее желаете примирения.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я здесь лишний. Оставляю вас в обществе честного Роули, но, пожалуйста, не задерживайтесь. Нам всем нужно быть у мистера Вида. К нему я сейчас и отправляюсь. У меня мало надежды исправить транжира, но есть возможность разоблачить фарисея.
      СЭР ПИТЕР
      Придем не мешкая. Даже не терпится посмотреть, как вы установите, кто есть кто. Этот дом прямо предназначен для разоблачений. Хотя я там получил мало удовольствия.
      РОУЛИ
      Мы не задержимся.
      СЭР ОЛИВЕР уходит.
      СЭР ПИТЕР
      Но вы же сами видите: она не выходит.
      РОУЛИ
      Да, но дверь оставила приотворенной. Смотрите: плачет.
      СЭР ПИТЕР
      Ничего, от легких переживаний вреда не будет. Как вы думаете, было бы целесообразно дать ей немного помучиться?
      РОУЛИ
      Совершенно не целесообразно и не по-джентльменски, сэр.
      СЭР ПИТЕР
      У меня голова идет кругом. Но как же найденное мной ее письмо к Чарльзу?
      РОУЛИ
      Это подметное письмо было сфабриковано. Как раз по этому пункту вам должен был дать разъяснение мистер Аспид.
      СЭР ПИТЕР
      Мне хотелось бы совсем успокоиться. Глядите-ка - смотрит в нашу сторону. Какой грациозный поворот головы! Роули, я иду к ней.
      РОУЛИ
      Давно пора.
      СЭР ПИТЕР
      Но ведь когда узнают, что мы помирились, будут смеяться в десять раз больше.
      РОУЛИ
      Ну и пусть. А вы покажите, что всё равно счастливы.
      СЭР ПИТЕР
      А и правда! Я так и сделаю. И мы еще станем самой счастливой семейной парой в Англии. Может, хотя бы в этом я не ошибусь.
      РОУЛИ
      Конечно, не ошибетесь. Ибо человек, который отбросил недоверие...
      СЭР ПИТЕР
      Стойте, мистер Роули! Молчите ради всего святого. Если вы мне друг, не произносите в моем присутствии ничего похожего на нравоучения! Этим я пресытился до конца дней.
      Уходят.
      
      Сцена третья.
      Библиотека в доме ДЖОЗЕФА ВИДА.
      Входят ДЖОЗЕФ ВИД и ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ.
      
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Это невероятно! Сэр Питер прямо там же помирился с Чарльзом! Теперь он, конечно, не будет противиться его браку с Марией. Я на грани отчаяния.
      ДЖОЗЕФ
      Эмоции - плохие советчики.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      А что, вы - хороший советчик? Какая же я была дура, просто идиотка, что связалась с таким олухом!
      ДЖОЗЕФ
      Вы правы, леди Фанаберри, потому что я пострадал больше всех. Но я же не позволяю себе обнаруживать свои страдания.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Потому что они не затронули вашего сердца. Ваш интерес к Марии - лишь коммерческий. Если бы вы чувствовали к ней то же, что я - к этому неблагодарному либертину, то ни хладнокровие, ни лицемерие не помогло бы вам замаскировать свою досаду.
      ДЖОЗЕФ
      Но почему вы обвиняете меня?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      А кого же? Занавешивать глаза сэру Питеру и строить козни брату - разве недостаточно широкое поле, чтобы разгуляться вашему авантюризму? Так нет, вам еще понадобилось соблазнить леди Пилим! Не нравится мне такая жадность к преступлениям. Жажда монополии в этой сфере не может привести к успеху.
      ДЖОЗЕФ
      Ладно, я признаю свою вину. Я отклонился от прямой дороги неправды. Но не думаю, что мы потерпели окончательное фиаско.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      То есть?
      ДЖОЗЕФ
      Вы мне говорили, что после нашей предыдущей встречи, извините, попробовали на зуб мистера Аспида. Вы полагаете, он не переметнулся к нашим недругам?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Думаю, что нет.
      ДЖОЗЕФ
      И в случае необходимости может присягнуть, что Чарльз с вами связан определенными обязательствами и словом чести, что отражено в его письмах к вам?
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Пожалуй, этим можно было бы всё поправить.
      ДЖОЗЕФ
      Ну, вот, еще не всё потеряно.
      Стук в дверь.
      Слышите? Должно быть, мой дядюшка или сэр Оливер. Подождите в той комнате. Когда они уберутся, мы продолжим наш совет.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      А если и дядя вас расшифрует?
      ДЖОЗЕФ
      Этого я не опасаюсь. Сэр Питер не станет откровенничать из самолюбия - я его знаю. А потом обнаружу ахиллесову пяту сэра Оливера.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Не сомневаюсь в ваших способностях. Только соблюдайте чувство меры: не больше одной интриги за раз.
      ДЖОЗЕФ
      Ладно, ладно.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ уходит.
      Вот ведь пакостная ситуация: мало тебе собственных огорчений, так над тобой еще издеваются твои же сообщники! Но, во всяком случае, репутация у меня получше, чем у брата, и я, конечно, смогу... О, черт! Это не сэр Оливер, это опять окаянный старик Стенли! Его только не хватало! Сейчас войдет сэр Оливер - и...
      Входит СЭР ОЛИВЕР.
      Послушайте, мистер Стенли, что вы всё ходите? Вам нравится преследовать меня? Сейчас вам нельзя здесь оставаться.
      СЭР ОЛИВЕР
      Сэр, мне сказали, что сейчас к вам должен прийти сэр Оливер. И, хотя для вас он явил себя гарпагоном, но вдруг он сможет что-нибудь сделать для меня...
      ДЖОЗЕФ
      Сэр, вам нельзя оставаться здесь! Приходите в другой раз... как-нибудь... Обещаю, вы получите поддержку.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я должен остаться. Вы меня представите сэру Оливеру.
      ДЖОЗЕФ
      Послушайте! В конце концов, я требую, чтобы немедленно покинули мой дом!
      СЭР ОЛИВЕР
      Но, сэр...
      ДЖОЗЕФ
      Уйдите, сэр! Уильям, проводите джентльмена. Вы меня вынуждаете, сэр. Сию же минуту убирайтесь! Какая наглость! (Пытается вытолкать его)
      Входит ЧАРЛЬЗ ВИД.
      ЧАРЛЬЗ
      Вот те раз! И ты, брат, познакомился с нашим милым брокером! А что это вы тут делаете, а? Брат, не обижай мистера Премиума.
      ДЖОЗЕФ
      Он и у тебя побывал?
      ЧАРЛЬЗ
      Побывал, еще как. Он честный человек - в известных пределах. Неужели ты тоже хочешь занять у него денег?
      ДЖОЗЕФ
      Почему я? Опять твои шуточки! Сэр Оливер может в любой момент...
      ЧАРЛЬЗ
      И старый Нолль не должен узнать, что ты водишься с брокерами.
      ДЖОЗЕФ
      Но мистер Стенли не желает...
      ЧАРЛЬЗ
      Какой Стенли?
      ДЖОЗЕФ
      Этот.
      ЧАРЛЬЗ
      А он еще и Стенли? Он вообще-то Премиум.
      ДЖОЗЕФ
      Да нет же - Стенли!
      ЧАРЛЬЗ
      Да нет - Премиум.
      ДЖОЗЕФ
      Да кто бы он ни был!
      ЧАРЛЬЗ
      Совершенно верно. Я думаю, Стенли и Премиум - далеко не единственные его имена, не считая прозвищ.
      Стук в дверь.
      ДЖОЗЕФ
      А вот это уже точно сэр Оливер. Мистер Стенли, прошу, уйдите.
      ЧАРЛЬЗ
      И я прошу.
      СЭР ОЛИВЕР
      Но, джентльмены...
      ДЖОЗЕФ
      Уйдите от греха!
      ЧАРЛЬЗ
      Выведем его сами!
      ДЖОЗЕФ
      Да, придется ему помочь!
      СЭР ОЛИВЕР
      Так вот ваша помощь! Это насилие!
      ДЖОЗЕФ
      Вы нас вынуждаете!
      ЧАРЛЬЗ
      Прочь! Прочь!
      Пытаются вытолкать СЭРА ОЛИВЕРА.
      Входят СЭР ПИТЕР, ЛЕДИ ПИЛИМ, МАРИЯ и РОУЛИ.
      СЭР ПИТЕР
      Дружище, сэр Оливер! Что за притча! Глазам не верю! Любящие племянники выдворяют дядюшку при первом же официальном визите!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Мы подоспели вовремя, сэр Оливер.
      РОУЛИ
      В шкуре бедняка Стенли вам пришлось несладко.
      СЭР ОЛИВЕР
      В шкуре богача Премиума тоже. Несчастный Стенли не смог вытянуть ни шиллинга из этого милосердного господина. А потом мне пришлось еще хуже. Меня чуть не вышвырнули из дома, как незадолго до этого - семейные портреты. Я, таким образом, почти присоединился к предкам - ладно еще, не отправился к праотцам.
      ДЖОЗЕФ
      Чарльз!
      ЧАРЛЬЗ
      Джозеф!
      ДЖОЗЕФ
      Это конец.
      ЧАРЛЬЗ
      Он самый.
      СЭР ОЛИВЕР
      Вот, сэр Питер, мой друг, и вы, Роули, посмотрите на моего старшего племянника. Вам известно, сколько я для него сделал и с какой охотой передал бы ему половину своего состояния. Нужно ли объяснять, как я был разочарован, узнав, что в нем нет ни правды, ни совести, ни сострадания!
      СЭР ПИТЕР
      Еще недавно я не поверил бы такому заявлению, но теперь и сам убедился, что вы эгоистичный и вероломный лицемер.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      А если этот господин, по своему обыкновению, всё же станет отрицать ваши аттестации, то и я ему выдам свою.
      СЭР ПИТЕР
      Здесь нечего добавить. Ему будет карой понимание того, что не только он знает себя, но его знают и другие.
      ЧАРЛЬЗ (в сторону)
      Если они говорят так сурово об этой воплощенной добродетели, то что они сделают со мной - олицетворением порока!
      СЭР ОЛИВЕР
      А теперь взгляните на этого безумца!
      ЧАРЛЬЗ (в сторону)
      Так, взялись за меня... Выйдут мне боком эти злосчастные портреты!
      ДЖОЗЕФ
      Сэр Оливер, дядюшка, не соблаговолите ли выслушать меня?
      ЧАРЛЬЗ (в сторону)
      Если братец заведет свою тягомотину, как он это умеет, я, может, еще успею собраться с мыслями.
      СЭР ПИТЕР
      Я вижу, вы надеетесь оправдаться?
      ДЖОЗЕФ
      Да, надеюсь.
      СЭР ОЛИВЕР (Чарльзу)
      И вы тоже?
      ЧАРЛЬЗ
      Насколько я понимаю, нет, сэр Оливер.
      СЭР ОЛИВЕР
      Вот как! Значит, мистеру Премиуму слишком хорошо известны ваши тайны?
      ЧАРЛЬЗ
      Да, сэр. Но это семейные тайны, и лучше их не касаться еще раз.
      РОУЛИ
      Полноте, сэр Оливер! Вы ведь не можете всерьез сердиться на его ухарство.
      СЭР ОЛИВЕР
      Вы правы, не могу - ни сердиться, ни даже говорить о них всерьез. Вы знаете, сэр Питер, этот ухарь сплавил мне портреты всех своих предков - судей и генералов метрами полотна, а девственных тетушек - дешевле битого фарфора.
      ЧАРЛЬЗ
      Правда, сэр Оливер, я обошелся слишком вольно с семейными полотнами. Если бы мои предки восстали из могил, они имели бы полное право судить меня - это тоже правда. Но прошу вас поверить в искренность того, что я скажу дальше, - а сейчас я не стал бы кривить душой. Если разоблачение моих безобразий не сокрушило меня, то лишь потому, что я согрет радостью встречи с моим великодушным благодетелем.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я верю, Чарльз. Дай руку. Портрет чучела над козеткой примирил меня с тобой.
      ЧАРЛЬЗ
      Тем больше я признателен оригиналу.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Но, я думаю, здесь присутствует особа, с которой Чарльз еще сильнее хочет помириться.
      СЭР ОЛИВЕР
      Я слышал об их симпатии. Что ж, если я что-то понимаю в душах юных леди, то этот румянец должен свидетельствовать...
      СЭР ПИТЕР
      Дитя моё, теперь вы можете сказать нам откровенно, что вы хотите союза с Чарльзом, - и не услышите возражений.
      МАРИЯ
      Сэр, я скажу только, что если он будет счастлив, то и я буду этому рада. А свои права я согласна уступить той, у кого их больше.
      ЧАРЛЬЗ
      Мария, не понял...
      СЭР ОЛИВЕР
      Я тоже. Это что-то новое. Пока он считался безнадежным повесой, вы не соглашались отдать руку никому, кроме него, а теперь, когда забрезжила надежда на исправление, он потерял привлекательность!
      МАРИЯ
      Об этом лучше известно его сердцу и леди Фанаберри.
      ЧАРЛЬЗ
      Какой леди?
      ДЖОЗЕФ
      Вот этой. Брат, мне тяжело говорить об этом, но справедливость требует объявить всем, что ты причинил душевную боль леди Фанаберри. (Отворяет дверь)
      Входит ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ.
      СЭР ПИТЕР
      Ничего себе! Еще одна белошвейка-француженка. У него их целый гарем - по одной в каждой комнате. С него станется.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Неблагодарный Чарльз! Вы как будто изумлены? Охотно допускаю. Но вы должны все-таки понимать: я оказалась в этой унизительной ситуации благодаря вашему предательству.
      ЧАРЛЬЗ
      Дядюшка, это ваш очередной эксперимент? Потому что я действительно не понимаю, в чем дело.
      ДЖОЗЕФ
      Я думаю, что есть человек, который внесет ослепительную ясность.
      СЭР ПИТЕР
      И этот человек - мистер Аспид. Дорогой Роули, вы правильно сделали, что пригласили его. Предъявите нам главного свидетеля.
      РОУЛИ
      Прошу вас, мистер Аспид!
      Появляется МИСТЕР АСПИД.
      Я допускал, что вы кому-нибудь пригодитесь в качестве свидетеля. И, к сожалению для леди Фанаберри, вы будете свидетелем не в ее пользу.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Гадина! Он все-таки переметнулся! Значит, вы, мой сообщник, тоже в заговоре против меня?
      АСПИД
      Извиняюсь десять тысяч раз, ваша светлость, вы щедро платили за ложь, но за правду мне предложили вдвое больше.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Чтоб вы все сгорели со стыда! (Порывается уйти)
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Минуточку, леди Фанаберри! Прежде позвольте выразить вам благодарность за муки эпистолярного творчества, которому вы предавались вкупе с этим господином, сочиняя мои письма к Чарльзу и ответы на них. Прошу вас также засвидетельствовать моё почтение действительным членам Коллегии Скандала, где вы являетесь президентом, и довести до их сведения, что леди Пилим возвращает выданный ей кандидатский диплом. Она отказывается от всякой практической деятельности по уничтожению добрых имен.
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ
      Какая провокация! Какое сказочное свинство!
      [Примечание
      Мой привет Е.Л. Шварцу]
      
      Чтоб ваш супруг прожил еще столько же!
      ЛЕДИ ФАНАБЕРРИ уходит.
      СЭР ПИТЕР
      Фурия!
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      В самом деле, зловредное существо!
      СЭР ОЛИВЕР
      Это из-за ее последнего пожелания?
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Вовсе нет.
      СЭР ПИТЕР
      Что вы теперь скажете, сэр?
      ДЖОЗЕФ
      Я в полной растерянности. Леди Фанаберри могла подкупить мистера Аспида с целью так низко обмануть всех нас... Нет слов, просто нет слов! Однако демон ее мстительности может повредить моему брату. Я должен немедленно догнать ее.
      СЭР ПИТЕР
      Морален до последней капли.
      СЭР ОЛИВЕР
      Догоните ее Джозеф и сделайте предложение. Выйдет воистину сладкая парочка - постное масло и уксус!
      ДЖОЗЕФ уходит.
      РОУЛИ
      Я полагаю, мистер Аспид может быть свободен?
      АСПИД
      Прежде чем уйти, я прошу прощения у всех присутствующих за этот геморрой, который вы из-за меня имели. Но прошу также отметить как смягчающее обстоятельство, что я был принужден служить покорным орудием чужой воли...
      СЭР ПИТЕР
      Полноте, мистер Аспид! Последним своим делом вы загладили предыдущие.
      АСПИД
      Но я прошу почтенное собранье не разглашать этого факта.
      СЭР ПИТЕР
      Дьявольщина! Вы стыдитесь того, что раз в жизни совершили приличный поступок?
      АСПИД
      Ах, сэр, посудите сами: неприличными поступками я добываю средства к существованию. Скверная репутация - мой капитал. И если общество узнает, что меня совратили на порядочный поступок, от меня отвернется весь свет.
      СЭР ОЛИВЕР
      Хорошо, мы не будем уничтожать вашу репутацию похвалами вашей добродетели.
      АСПИД уходит.
      СЭР ПИТЕР
      Безупречный шулер, да еще и литератор.
      ЛЕДИ ПИЛИМ
      Сэр Оливер, по-моему, теперь уже не нужно уговаривать Марию помириться с вашим племянником.
      ОЛИВЕР
      Да, решено: свадьбу мы сыграем завтра же утром.
      ЧАРЛЬЗ
      Спасибо, дорогой дядя.
      СЭР ОЛИВЕР
      Что же ты девушку не спросил, шельмец?
      ЧАРЛЬЗ
      Я давно уже ее спросил - целую минуту назад. И она взглядом сказала: да.
      МАРИЯ
      Стыдитесь, Чарльз! Протестую: сэр Питер, я не сказала ни слова, даже взглядом.
      СЭР ОЛИВЕР
      Тем лучше. Зачем лишние слова! Пусть ваша любовь не оскудеет.
      СЭР ПИТЕР
      Будьте счастливы так же, как мы с леди Пилим.
      ЧАРЛЬЗ
      Роули, мой добрый старый друг! Я знаю: вы рады за меня, и догадываюсь, что очень обязан вам.
      СЭР ОЛИВЕР
      Это правда, Чарльз.
      РОУЛИ
      Если бы я даже не смог вам помочь, то мои попытки заслужили бы вашу благодарность. Будьте на высоте своего счастья - и я буду вознагражден.
      СЭР ПИТЕР
      Да, он всегда в вас верил.
      ЧАРЛЬЗ
      Не стану давать обетов, и пусть это станет лучшей гарантией моего перевоспитания. И у меня будет самый милый наставник и самый очаровательный руководитель. Разве можно заблудиться на честном пути, если тебе светят такие глаза!
      Всевластьем Красоты руководим,
      Я повинуюсь правилам твоим.
      Когда в душе святое что-то есть,
      Опорой будут мне Любовь и Честь.
      (Зрителям)
      Зло уязвить нам удалось сейчас.
      Потом зависит многое от вас.
      Конец.
      
      Послесловие интерпретатора
      В 1978 г. я, пятнадцатилетний, открыл для себя творчество Ричарда Бринсли Шеридана - правда, в опосредованной форме: через мхатовский спектакль "Школа злословия" и оперу С. Прокофьева "Обручение в монастыре". Вышедший тогда блистательный фильм М. Григорьева "Дуэнья" мне удалось посмотреть значительно позже, но, вдохновившись "Обручением", я сочинил несколько осовремененную переработку этого сюжета в подражание становившемуся тогда популярным Г. Горину, вахтанговской "Турандот", "Королю-оленю" П. Арсенова и особенно "Трехгрошовой опере" Б. Брехта (напоминаю, что это тоже переделка английской комедии XVIII в.). Это была моя первая "Дуэнья". Я довольно скоро оценил свое произведение по достоинству и, разумеется, уничтожил, полагая, что впредь ограничусь по отношению к Шеридану ролью читателя и зрителя.
      Но вот мне захотелось вернуться к этой роскошной драматургии. Конечно, с тех пор я кое-чему научился, но сохранил тот же хулиганский подход к Шеридану, что и в подростковом возрасте. Советских фильмов, популярных песен и русских литературных текстов Шеридан, естественно, не цитирует, не обыгрывает и не делает еще многого.
      Предлагаемые читателям тексты - не переводы. Я работаю в другом жанре, который сам для себя определяю как интерпретацию. Это не то же самое, что вольный перевод или переделка (например, комедия "Лукавин" А. Писарева - переделка "Школы злословия"). Интерпретация - жанр поинтереснее. Это свободная лингвистическая игра с текстом, создающая впечатление, что в оригинале нет и не может быть ничего подобного, но оказывается, что в оригинале всё это есть - или дословно, или по смыслу. По содержанию и формальным признакам интерпретация может не уступать в точности буквальному переводу или даже быть точнее. Иногда я предлагаю читателям убедиться в этом: привожу в сносках соответствия из оригинала. Цитаты из культовых русских и советских произведений (например, отсылки к "Двенадцати стульям" в обеих пьесах) я ввожу так, чтобы они органично вплетались в ткань произведения и соответствовали тому, что действительно есть у Шеридана.
      Разумеется, иногда я позволяю себе добавления или изменения, но редкие и очень незначительные - с целью что-то усилить или развить. Такие случаи обычно оговариваются в сносках.
      Стихи в обеих пьесах принадлежат не Шеридану, а Дэвиду Гаррику. За некоторыми исключениями, я не нахожу их удачными, поэтому старался передавать их точно по содержанию, но дал себе свободу в форме, поэтической технике. Желающие могут найти в интернете "Дуэнью" в переводе М.Л. Лозинского и сравнить его стихи с моими.
      Работая обеими пьесами, я сопоставлял свои тексты с переводами "Школы злословия" Ч. Ветринского и М. Лозинского и переводом "Дуэньи" М. Лозинского. Других переводов мне найти не удалось. Я старался избегать совпадений с названными переводами, кроме тех случаев, где иные варианты невозможны или нежелательны, т. е. сильно ухудшили бы текст. Все другие потенциальные совпадения случайны. 2014

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Флоря Александр Владимирович (alcestofilint@mail.ru)
  • Обновлено: 03/07/2016. 201k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.