Brise marine


Stéphane Mallarmé


La chair est triste, hélas ! et j'ai lu tous les livres.
Fuir ! là-bas fuir! Je sens que des oiseaux sont ivres
D'être parmi l'écume inconnue et les cieux !
Rien, ni les vieux jardins reflétés par les yeux
Ne retiendra ce coeur qui dans la mer se trempe
Ô nuits ! ni la clarté déserte de ma lampe
Sur le vide papier que la blancheur défend
Et ni la jeune femme allaitant son enfant.
Je partirai ! Steamer balançant ta mâture,
Lève l'ancre pour une exotique nature !

Un Ennui, désolé par les cruels espoirs,
Croit encore à l'adieu suprême des mouchoirs !
Et, peut-être, les mâts, invitant les orages,
Sont-ils de ceux qu'un vent penche sur les naufrages
Perdus, sans mâts, sans mâts, ni fertiles îlots ...
Mais, ô mon coeur, entends le chant des matelots!



1893



Sea Breeze
Stéphane Mallarmé
The flesh is sad, alas! and I have read all the books.
Flee! Flee there! I feel that birds are drunk
With being among the unknown foam and the skies!
Nothing, not even the old gardens reflected in my eyes
Will hold back this heart that soaks in the sea
O nights! nor the deserted light of my lamp
On the blank paper that whiteness defends
And nor the young woman nursing her child.
I will leave! Steamer, swaying your mast,
Raise anchor for an exotic land!

A weariness, desolate with cruel hopes,
Still believes in the final farewell of handkerchiefs!

And perhaps the masts, inviting storms,
are among those that a wind bends over shipwrecks
Lost, without masts, without masts, nor fertile islets...
But, oh my heart, hear the sailors' song!

Stéphane Mallarmé, Verse and Prose, 1893


Стефан Маларме

Ночной ветер

Печальна плоть, увы! Все книги я прочёл.
Беги, беги туда, где птицы, пьяные от новой пены и небес.
Ничто, даже и старые сады, что отражаются в глазах,
Теперь уж не удержат сердце, пропитанное морем.
О, ночи! И не покинутый свет лампы на бумаге,
В своей всесовершенной белизне,
Ни женщина, кормящая младенца...
Да, я уйду - туда, где мачту пароход качает...
Плыви же к экзотической стране!

Опустошение, разрушенность жестокими надеждами,
  все еще верит в прощальный взмах платков.

Быть может, мачты и накликают шторма,
  и ветер их склонит над корабле-
   крушением,
уже без мачт, без мачт, вдали от плодородных островков...

Но... мое сердце услышит песню моряков!


Вариант:

О, ночи! И не покинутый свет лампы,
что на листе бумаги
всесовершенной белизне бросает вызов






Перевела Ольга Слободкина-von Bromssen